Do you speak Sindarin?

21 сентября 1937 г. вышла в свет книга Джона Толкиена "Хоббит". Это была первая история о маленьком жизнерадостном народце, населяющем свободную страну Хоббитанию, где нет вождей, и хоббиты прекрасно без них обходятся. А еще они любят покушать, одеваются в яркое и славятся умением бесшумно передвигаться. Сказка получила премию "Нью Йорк Геральд Трибьюн" как лучшая книга года, став бестселлером и прелюдией в великий иномир Джона Толкиена.  

Для меня Толкиен, в первую очередь, –

превосходный лингвист. Не столько из-за его

увлечения придумывать языки, сколько вольного,

свободного обращения со словоформами и

звукорядом. Дар уникальный, ниспосланный

избранным! А для вас?

Вам интересно в стране Хоббитании?

Город, который хочется перечитывать

Города похожи на книги. Один захватывает сразу, с первой встречи, и ты жадно следуешь по его страницам и не хочешь расставаться, когда приходит время уезжать, но возвращаться туда не приходит в голову. В иной нужно вчитываться, чтобы проникнуться его атмосферой, и принять или отвергнуть. Другой проходит мимо, не потому что ты там не был, а потому, что душа осталась нетронутой: лениво перелистал, пробежал глазами и пожимаешь плечами: ну, и что? Есть и такие, которые откладываешь на потом, как задвигаешь книжку на дальнюю полку – придет и твое время. А некоторые становятся любимыми, манят и притягивают, зовут перечитать.

Их немного, как тех книг, к которым припадаешь вновь и вновь с радостным узнаванием. Они дарят наслаждение и удивляют новыми открытиями. Таков для меня Валаам с беззвучными озерами-зеркалами, таким местом стала Венеция. И все, что с ней связано. 

click on the picture for a closer view

 Вид с моста Вздохов (Ponte dei Sospiri)

«Набережная неисцелимых» Бродского (из венецианского цикла) оказалась мощнейшим впечатлением из недавно прочитанного. Но это не только о городе, хотя он здесь доминирующая фигура.

 

Бродский пишет о своем романе с Венецией, о собственных предпочтениях и антипатиях, о метаморфозах, происходящих здесь с человеком и с самим городом. Как, например, зимой, когда местный туман, знаменитая Nebbia, превращает это место в нечто вневременное, потому что прерывается связь с миром по воде и по воздуху, и «наступает пора читать, весь день жечь электричество, … рано ложиться спать, … пора, когда забываешь о себе, по примеру города, утратившего зримость».

Он приезжал в Венецию только зимой. Потому что плохо переносил жару и «стада в шортах, особенно ржущие по-немецки». Они действовали ему на нервы «из-за неполноценности их анатомии по сравнению с колоннами, пилястрами и статуями». Но главным образом, потому что зимой, по его мнению, глаз энергичнее воспринимает красоту, а «красота при низких температурах – настоящая красота». А еще, говорит он, зимой в этом городе просыпаешься под звон бесчисленных колоколов, «точно за кисеей позвякивает на серебряном подносе гигантский чайный сервиз в жемчужном небе». Здесь я могу поспорить: летом в Венеции тоже просыпаешься под звон колоколов, и не только по воскресеньям. В этом небольшом городе, рассыпанном на островах, 117 храмов!

О Красоте, воплощённой в этом городе, о ее многоликости и власти над миром, человеком и временем, это эссе. Если тебе посчастливилось увидеть эту красоту (сравните: побывать в этом городе), проза Бродского читается как узнавание пополам с потрясением. Потому что многие размышления автора оказываются твоими, но облеченными в более изящную словесную оболочку, чем удалось бы тебе. А местами автор куда более зорок. Это эссе о магическом городе, написанное гениально талантливым человеком.

Хотите поделиться увиденным-пережитым-прочитанным? Welcome!
Все фото - автора блога, за исключением Бродского.

О человеке, умевшем любить

В этот день, 20 июля 1304 г., родился Франческо Петрарка (1304-1374), величайший поэт итальянского Возрождения. Что приходит на ум при упоминании этого имени? Конечно, сонеты! Между тем, в свое время он прославился благодаря дидактическим поэмам "Триумф Любви" и "Триумф Целомудрия", своду биографий выдающихся людей античности "О славных мужах" и другим трудам. В 1341 по решению римского сената он был увенчан лаврами поэта-лауреата.

Но все эти замечательные дела и сочинения остались достоянием прошлого. Сегодня мы знаем Петрарку как создателя образцовой любовной лирики, который обладал редчайшим талантом любить. В 1327, в Страстную Пятницу, в авиньонской церкви он встретил и полюбил девушку по имени Лаура – больше о ней ничего не известно. Именно она вдохновила Петрарку на лучшие его творения, именно ей посвящены его сонеты. Среди поэтов и писателей, испытавших влияние "Канцоньере" Петрарки – Джеффри Чосер, Томас Уайетт, Эдмунд Спенсер, Вашингтон Ирвинг и многие другие авторы разных национальностей и эпох.

Как вы думаете, Шекспир создал бы свои сонеты без Петрарки? Что для вас сонет? А любимые есть?

Посвящается вечно юной Алисе Лиддел

Это стихотворение мне подарила Женя Добренко, выпускница этого года, замечательная девочка, обладающая даром читать. И осмысливать прочитанное, как вы можете убедиться:

 

Алиса навсегда останется Алисой.
Лелея в памяти отрывки ярких снов,
Из Зазеркалья взглядом юным, чистым,
Смеясь, она мечтает вновь и вновь.

Алиса – светлый, вечный ангел детства,
Легенда, что живет у нас в сердцах,
И верит в то, что все вокруг чудесно,
 Достигнуть можно звезд на небесах.

 Душа твоя не старится, Алиса,
Едва ли ты когда-то подрастешь.
Люби свой мир и в сердце чистом
Ты сказку каждому в подарок принесешь. 

Dialogue at the hairdresser’s

- Oh, wait a second, I’ll get my book.

- Why?

- To read.

- (pause) Why?

It’s a true story. Actually, after the 2-nd “Why?” I gave up and suppressing a smile started to read. After another pause the girl said: I’ve just never seen it before. 

Do you think she was exaggerating? Are those weird creatures reading books really threatened with extinction? 

Дальше–тишина

30 июня – день памяти великого актера Ростислава Яновича Плятта (1908-1989). Кто-то знает его по роли пастора Шлагга в "Семнадцати мгновениях весны", кто-то помнит добросердечного нескладного холостяка в "Подкидыше", многие любят уникальный голос за кадром в мультфильмах про Алису.

Мне повезло. Я видела его в театре им. Моссовета в разных спектаклях, многие из которых канули в лету. Была такая удивительная камерная пьеса с тремя актерами – Пляттом, Сергеем Юрским и Маргаритой Тереховой – "Тема с вариациями". Действие в современности перемежалось вставными новеллами из "Декамерона" Боккаччо, которые служили литературными иллюстрациями, с тем же блистательным трио.
И совершенно особый образ в театре – Барклей Купер в спектакле Анатолия Эфроса "Дальше–тишина". В этой пронзительной истории о двух стариках, которым не нашлось приюта ни у одного из детей, Плятт и Раневская существовали на сцене так, что люди выходили из зала перевернутыми. Когда в финальной сцене на вокзале после прощания звучало гамлетовское "А дальше–тишина", зрители плакали, не скрывая слез. Запись спектакля, к счастью, сохранена. Его обязательно надо смотреть всей семьей, с детьми и внуками!

Malia feat. Eric Truffaz - Yellow Daffodils



I readdress my friend’s message,

who sent this to me:

"To those able to perceive Beauty". 

Мы говорим слова свои, как прежде...

Сегодня день рожденья Иосифа Бродского, одного из небожителей на поэтическом Парнасе. 24 мая явило миру Мастера, наделенного даром сплетать обычные слова в изящное вербальное кружево. В его стихах восторгаешься и содержанием, и формой, когда смыслы воплощены в образах фантастической красоты. А это в поэзии бывает не часто. Вслушайтесь! Это одно из моих самых любимых.

  

ПРОРОЧЕСТВО

М. Б.      Мы будем жить с тобой на берегу,      отгородившись высоченной дамбой      от континента, в небольшом кругу,      сооруженном самодельной лампой.      Мы будем в карты воевать с тобой      и слушать, как безумствует прибой,      покашливать, вздыхая неприметно,      при слишком сильных дуновеньях ветра.      Я буду стар, а ты - ты молода.      Но выйдет так, как учат пионеры,      что счет пойдет на дни - не на года, -      оставшиеся нам до новой эры.      В Голландии своей наоборот      мы разведем с тобою огород      и будем устриц жарить за порогом      и солнечным питаться осьминогом.      Пускай шумит над огурцами дождь,      мы загорим с тобой по-эскимосски,      и с нежностью ты пальцем проведешь      по девственной, нетронутой полоске.      Я на ключицу в зеркало взгляну      и обнаружу за спиной волну      и старый гейгер в оловянной рамке      на выцветшей и пропотевшей лямке.      Придет зима, безжалостно крутя      осоку нашей кровли деревянной.      И если мы произведем дитя,      то назовем Андреем или Анной.      Чтоб, к сморщенному личику привит,      не позабыт был русский алфавит,      чей первый звук от выдоха продлится      и, стало быть, в грядущем утвердится.      Мы будем в карты воевать, и вот      нас вместе с козырями отнесет      от берега извилистость отлива.      И наш ребенок будет молчаливо      смотреть, не понимая ничего,      как мотылек колотится о лампу,      когда настанет время для него      обратно перебраться через дамбу. На YouTube стихи Бродского поют и читают, но мне мешает навязываемый видеоряд. Исполнитель творит его, руководствуясь  собственным вкусом, или его отсутствием. А когда читаешь сам, возникает свое видение, своя система образов.  А вы как думаете?

Her MAGICsty Alice

It’s Sunday evening. I’ve just realized that for the whole day I’ve been reading up for tomorrow lecture and for the whole day I’ve been smiling like the Cheshire cat. It’ll be Carroll’s Alice. There’s sort of inexplicable Magic about Alice that works in the same way whatever time I open it. Some sweet madness which I don’t mind. Do you remember the dialogue?

– We’re all mad here. I’m mad. You’re mad.

– How d’you know I’m mad? 

–You must be, or you wouldn’t have come here.

click on the picture for a closer view 

You know what I mean? Are you among that mad folk as well?
 What's Alice to you?

What am I reading now? Are you kidding?

HELP! My precious students have buried me under papers. Struggling with a desire to make a fire out of their course and diploma papers (and rephrasing Oscar Wilde, the best way to resist the temptation is to yield to it), I took a break to dream of what books I’ll devour in summer. It will come some day, it should!

So, №1 is Joanne Harris’s Blueeyedboy, which I haven’t got to yet. In case you forgot, Joanne Harris is the author of delicious Chocolat and Blackberry Wine, books you sample and savour like rare wine. Then something by Anna Gavalda in English translation, if she doesn’t publish a new one by that time. Would you recommend anything else? To forget classes and relax? No cheap love stories or fantasy, br-r-r!