Швейцария: двигаемся на юг

Что мне было известно о Швейцарии до поездки? Совсем немного, и ассоциации были сугубо литературными (не считая швейцарского сыра, часов и Альп). Знала, что Диккенс начал роман “Домби и сын” в Лозанне, где он снимал виллу на берегу Женевского озера. О том, что Джойс лечился у Карла Юнга, и похоронен в Цюрихе. И конечно, об истории создания “Шильонского узника” и “Франкенштейна”, о дождливом лете 1816, которое Байрон и Шелли вместе провели в Швейцарии. Кстати, Мэри Шелли сделала Виктора Франкенштейна уроженцем Женевы!   

В дороге эти ассоциации множились прочитанными афишами, вывесками, надписями (здесь это было интересно вдвойне, потому что страна мультиязычная), а также наблюдениями. В результате образ стал более разносторонним и зримым.

click on a picture for a closer view

Признаться, Берн не входил в наш маршрут, но человек предполагает, а Сын располагает, и вместо запланированного Страсбурга мы оказались в столице Швейцарии. Город запомнился бесконечными медведями и неожиданно интересной экспозицией в художественном музее. В самом деле, откуда в Kunstmuseum Берна взяться обилию шедевров живописи? Однако в небольшом зале старых мастеров (где к старым, похоже, отнесли всех до середины XX века)) привлекла невиданная прежде и прелестная картина – “Lesende Frau” Феликса Валоттона.

Уж очень близкой показалась погруженность в чтение! Посмотрите, какие детали указывают на то, что книга сентиментальная и чрезвычайно увлекательная. Название можно перевести как “Дама за чтением”. Знаю теперь, что в немецком и французском глагол читать от одного корня, потому что в Париже запомнились книжные магазины “Mona Lisait”.

В том же Kunstmuseum, в разделе современного искусства, привлекли две серии, совершенно разные по настроению. Первая – фото Сэм Тейлор-Джонсон “Crying Men / Плачущие мужчины”. Пусть портреты и постановочные, но эмоциям веришь, потому что актеры великолепны: Дастин Хоффманн, Пол Ньюман, Эд Харрис, Роберт Дауни-младший и еще 17.

Вторая – это серия рисунков Недко Солакова “Fears / Страхи”, в которой художник иронизирует над понятием страха. Улыбнитесь, а тем, кто не знает английского, если надо, помогу с переводом.   

К слову, в Цюрихе Кунстхаус обладает более обширной коллекцией живописи. Там есть Рембрандт, Брейгель-старший, Моне и Мане, дивные венецианские пейзажи Каналетто, кое-что из кубического периода Пикассо и тот самый “Автопортрет с отрезанным ухом и трубкой” Ван Гога. Но фотографировать в залах нельзя! Может, вы знаете, почему в одних музеях фото разрешаются, а в других под строжайшим запретом? Поэтому могу лишь предложить полюбоваться “Вратами ада” Огюста Родена у входа в цюрихский музей.  

Ну, а медведи в Берне царят повсюду. Может ли быть иначе в городе, где и в названии и на гербе присутствует медведь? На средневековой башне Zytglogge, где под колокольный звон каждый час сменяются фигуры людей и животных; в кондитерских магазинах, на стенах домов… Даже вместо традиционных Санта Клаусов, карабкающихся с подарками в Рождество, в Берне карабкаются мишки!

Обратили внимание на название отеля? А теперь с одного раза угадайте, как называется центральная площадь! Здесь играли горожане (а это было 1 января!), и экспонировались лучшие карикатуры швейцарской прессы 2013.  

Рядом с часовой башней расположена старая-престарая аптека, которая, конечно, была закрыта, но, чтобы подсластить пилюлю, владельцы пожелали всем доброго здравия в Новом году.

А неподалеку от реки в витринах была представлена очаровательная выставка – город прошлых столетий в миниатюре. Художники, видимо, делали ее с большой любовью, такие уютные картинки! Если приглядеться, можно даже прочитать меню и разглядеть названия книг и газет.

Здесь же, рядом с набережной реки Аре, взгляд привлекло сооружение, где даются географические координаты Берна относительно Гринвича, Парижа и прочих мест. В старом городе в Братиславе подобная точка координат находится под аркой, прямо под ногами.

Собиралась рассказать о Лозанне и Женеве, но не хочу вас утомлять, и жаль было бы о них скороговоркой. Оставим на потом?

                          Еще на тему чтения в путешествиях:

Словесный ковер лета

праздники, которые всегда с кем-то

Прогуляемся пешком?

Драматург, писатель, агент британской разведки, и это все о нем

Кто-то сочтет эту дату незначительной, а кто-то не заметит вовсе. Найдутся и такие, кто не знает автора, чья история стала сюжетом популярнейшего фильма “Театр” с Вией Артмане в заглавной роли. 140 лет назад родился Уильям Сомерсет Моэм, один из самых успешных и плодотворных прозаиков прошлого века. Уточню, что юбилей пришелся на 25 января, и из-за сессии я едва его не пропустила.

Моэма уместнее назвать литератором, ведь он добился популярности сразу в трех ипостасях: как романист, новеллист и драматург. Недаром в его биографиях на английском чаще используется термин man of letters. Упомянутый роман “Театр”, повествующий о судьбе актрисы Джулии Ламберт, неизменно вызывает интерес у студентов. 
Рискну предположить, что поколение, хорошо знакомое с жанром литературной инструкции (Как преуспеть / выйти замуж за олигарха, etc.), воспринимает книгу в подобном ракурсе. Признаться, отдельные эпизоды на самом деле звучат как руководство, например, как избавиться от соперницы, ведь Моэм – великолепный знаток человеческой психологии. Кстати, если уж пользоваться подобными справочниками, читать лучше не беспомощные журнальные статьи, претендующие на всезнайство, а достойных авторов: героя этой публикации или, скажем, Андре Моруа. В этом году удивили студенты французского отделения, которые не слышали о книге Моруа “Письма незнакомке”.  

“Театр” вместе с романами “Луна и грош” и “Пироги и пиво” образует трилогию, посвященную людям искусства. Будучи вхож в театральные и артистические круги, Моэм был весьма сведущ в этой сфере. Он приобрел известность в 23 года, когда выпустил роман “Лиза из Ламбета”, а в 33 стал популярным драматургом. В 1908 в Лондоне одновременно шли четыре его пьесы, и в журнале “Панч” появилась карикатура: Шекспир нервно грызет ногти, просматривая театральные афиши! 
Моэм-драматург прославился благодаря искусству диалога, и немудрено, что и сегодняшние режиссеры проявляют интерес к его театральному наследию. Не так давно в афишах сразу двух московских театров значилось имя Моэма. В театре Российской армии шла пьеса “Боже, храни короля!”, а в Маяковке – “Круг”. В обоих спектаклях участвовали замечательные актеры; в первом – Людмила Чурсина, в “Круге” – Светлана Немоляева, Евгения Симонова и др. Оба были неплохо постановлены, свидетельствую как очевидец.

Однако наиболее глубокую и увлекательную часть творчества Моэма, на мой взгляд, представляют его новеллы. Блестящий мастер в создании характера и атмосферы, он был сторонником фабульного рассказа, который мог бы развлечь за обедом. В малой прозе у Моэма немного соперников. Рассказы “Дождь”, “Сила обстоятельств”, “Жена полковника”, и самый любимый – “Творческий  импульс” относятся к той редкой классике, которую с наслаждением читаешь и, смакуя, перечитываешь.

Возможно, по уровню таланта Моэм уступает своим великим современникам: Джойсу, Фолкнеру, Вирджинии Вулф. Однако тот факт, что его наследие многократно экранизировалось на протяжение ста лет, говорит о наличии собственной стабильной аудитории. А что в его творчестве по душе вам? И согласны ли вы вот с этим  его мнением?

Заметки о Швейцарии: Цюрих

Первым городом в путешествии по Швейцарии был Цюрих, а первым знакомым лицом неожиданно оказался Песталоцци.

click on a picture for a closer view

Тот самый, кто провозгласил принципом воспитания согласие с природой, потому что лишь “она является настоящею учительницей". Заслуга ли это Песталоцци или кого-то еще, но стремление к естеству и природосообразию прослеживается в Швейцарии повсюду. Речь даже не о бережном отношении к природе во всех ее смыслах, а, скорее, о следовании природе человека и общества. 

Что может быть естественнее сохранения традиций? Старый город в Цюрихе – немецкоязычном кантоне – называется Altstadt, и сохраняет облик, сложившийся в ходе столетий. На стенах многих зданий присутствуют не мемориальные таблички, как у нас, а надписи и рисунки. 

В этом доме, где некогда жил швейцарский пастор и богослов Иоганн Каспар Лафатер, устраивавший пирушки для своего друга Гете и герцога Карла Августа Веймарского, сейчас находится ресторан. Надпись над дверью вопрошает прохожих: “Что вы здесь стоите? Входите, и вас примут с большой любовью!”

Лаватер, друживший с Гёте с детства, был пастором церкви Св. Петра, в стене которой заложен его надгробный камень. Этот храм с самыми крупными башенными часами в Европе Людовик Немецкий подарил своей дочери в 857 году. Я не раз видела дворцы и замки, преподнесенные в дар, но церковь? Что может сравниться с таким подарком?

В новогодние дни в храмах проходили мессы и органные концерты с замечательной атмосферой и репертуаром, когда наряду с Бетховеном и Дворжаком звучали рождественские хоралы. 31 декабря концерт в Augustinerkirche закончился развеселой мелодией, прерываемой хлопками открывающихся бутылок шампанского. Угощали всех присутствующих, не только прихожан! 

В качестве ремарки. Вы заметили световое шоу на стене Augustinerkirche? В этой поездке обратила внимание, как активно осваиваются цифровые технологии служителями церкви. Во время литургии номера молитв и антифонов проецируются на колонны; расписание служб транслируется порой на экране у входа; а в Соборе Св. Петра в Женеве (грандиозное сооружение!) прямо на стене можно посмотреть цифровой фильм об истории храма. 

На новогоднем Ballettgala в оперном театре Цюриха шампанское тоже лилось рекой, но не оно задавало настроение! Или точнее сказать, не только оно?:) Представление было необыкновенное, где молодая талантливая труппа исполнила озорное попурри с минимумом чисто классических номеров, неожиданными костюмами и хулиганской интерпретацией известных балетных фрагментов.

К сожалению, записи в сети не нашлось, но посмотрите, какой восхитительный флэшмоб организовали эти ребята под проливным дождем на улице Цюриха! Звучит Прокофьев, танец рыцарей из балета "Ромео и Джульетта".

Классика и одновременно устремленность в будущее! Подобное сочетание старого и нового, традиционного и новаторского характеризует многие сферы жизни Швейцарии. В Sprungli, Цюрихском рае для сладкоежек, помимо фирменных Kirsch – конфет с вишневкой и умопомрачительных трюфелей, предлагают десятки сортов макарунов, которые приобрели бешеную популярность за последние пару лет. В книжных магазинах огромное количество классической литературы, но прайм места отданы бестселлерам и книгам Элис Манро – лауреата литературного Нобеля 2013. К слову, в одном из крупнейших книжных Москвы не нашлось ни одной книги Элис Манро! 

Probably, to be continued...