Как отметить день неторопливости

Сегодняшний праздник придумали в Италии. Кто-кто, а уж итальянцы умеют не спешить и наслаждаться жизнью. Работать с удовольствием, а не с усилием, вкушать, а не есть впопыхах, радоваться любой погоде, а не ругать ее. 

click on the picture for a closer view

Жить в ладу со своей природой: захотел спать, ложись и отдыхай. Чего стоит повсеместная сиеста! Невзирая на туристов, готовых расстаться с деньгами, в час дня итальянцы закрывают свои магазины и рестораны, напоминая приезжим: When in Rome, do as the Romans do! Во время сиесты все пустеет, а те, кому далеко до дома, устраиваются прямо там, где их застало это время.  

три часа пополудни, Фьюджи 

то же время, кастелло Сфорцеско, Милан

На улице же остаются только сонмы туристов, которые не могут позволить тратить драгоценное время на отдых!

час дня, площадь Испании, Рим

Но до Италии далеко, а день неторопливости устроить в наших силах, и не только 26 февраля!

Начать с доброго завтрака, который надолго заставит забыть о перекусах. В сваренную накануне кашу добавить сухофрукты с орехами или овощи и фету, и часов до трех на любимой работе не вспоминать о еде.

Добираясь на работу, выйти из автобуса или припарковать машину за пару остановок. А за эти 10 минут пешком улыбнуться приметам наступающей весны. Вообще, время от времени себя притормаживать ̶ смотреть, вслушиваться, удивляться. Как в стихах, помните?

What is this life if, full of care,
We have no time to stand and stare.

В паузах на работе заметить чью-то новую прическу или уловить аромат незнакомых духов. Если повезет, прогуляться в сумерки, восхититься обликом города в меняющейся на глазах палитре. А вечером не пропустить поправившийся месяц, который вот-вот обернется полной луной.

И как бы ни был расписан день, непременно найти время для себя, своих занятий и увлечений. Нам из племени книгочеев проще всех: всегда с собой книга. К сведению: в очереди в поликлинике без книги можно умом тронуться! 

Или у вас свои рецепты? 

PS. Поискала процитированное стихотворение в переводе на русский. Караул! Выставляют жутчайшее рифмоплетство без учета ударений, ритма и т.д. За подписью автора!

“Щегол”, или Искусство, меняющее реальность

Вы когда-нибудь завидовали Робинзону Крузо? Последние дни мечтала оказаться на необитаемом острове, чтобы отгородиться от всех и вся за высоким забором, и читать, читать, не отрываясь! Закончила!

Книга американской писательницы Донны Тартт “The Goldfich” (“Щегол”) являет собой роман воспитания – без атрибутов классики жанра, но с поправкой на наш век – воспитания самой жизнью. Однако автор вплетает сюда элементы триллера, детектива, психологической драмы, предлагая нам жанровую мозаику, также свойственную современной литературе. И уж совсем в духе нашего времени дана завязка: тринадцатилетний подросток оказывается с матерью в нью-йоркском музее, когда происходит теракт. Очнувшись после взрыва, Тео ищет мать и наталкивается на умирающего старика, который наказывает ему не оставлять в руинах ту самую картину, давшую название роману.

Вся жизнь Тео рушится вместе со стенами здания, похоронившего под обломками его мать. Возвращение в мир живых происходит постепенно, крошечными шажками, благодаря людям и провидению: Пиппа – первая любовь; Хоби, который держит антикварный магазин и исподволь увлекает мальчика реставрацией мебели; дружба с Борисом, которая помогает пережить переезд в Лас-Вегас к отцу и его новой подруге. 

  

Тео меняет дома и жизненные обстоятельства, взрослея на наших глазах. А полотно Карела Фабрициуса, которое он невольно присвоил, становится для него смыслом жизни и талисманом. Основанием, не позволяющим рухнуть тому, что у него осталось.

It made me feel less mortal, less ordinary. It was support and vindication; it was sustenance and sum. It was the keystone that had held the whole cathedral up.

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A4%D0%B0%D0%B1%D1%80%D0%B8%D1%86%D0%B8%D1%83%D1%81,_%D0%9A%D0%B0%D1%80%D0%B5%D0%BB#/media/File:Fabritius-vink.jpg

И даже несмотря на невозможность ею любоваться, хранящаяся в тайне от людских глаз, картина воплощает для Тео ту красоту, что меняет сущность бытия.

Признаюсь, меня больше увлекла не сама история, а то, как она рассказана. Удивляет уже начало, когда фрагменты эпизода после взрыва предстают в технике потока сознания: незаконченными фразами, с нарушением пунктуации. Почти, как у Джойса. К тому же, повествование от первого лица – главного героя, которое предполагает доверительный тон, здесь долгое время лишено эмоций. Казалось бы, Тео рассказывает о себе, но читателю предстает лишь внешняя канва его жизни. Все свои чувства он прячет так же глубоко, как своего бесценного щегленка. В редчайших эпизодах приоткрывается его неизбывная тоска по матери. Описание ее глаз поражает подробностью и невероятной нежностью. Потом вспоминаешь, что книга написана женщиной. Но как же хочется услышать мужчину, который бы так говорил о своей матери!

С огромным вниманием к деталям Тартт мастерски визуализирует героев и место событий, но временами ее подводит чувство меры. Нет необходимости столь тщательно описывать все, вне зависимости от значимости в развитии сюжета. 

Еще одним недостатком, который воспринимается как неуважение к читателю, я бы назвала отсутствие содержания. Я бы предпочла заранее иметь представление о структуре. Особенно открывая роман в 864 страницы! 

Но достоинства, безусловно, перевешивают, и книгу Донны Тартт нельзя пропустить. И не только из-за полученных призов и готовящейся экранизации. Ее нельзя отнести к чтиву из категории "прочитано и забыто". Ближе к финалу книга становится поистине gripping page-turner – невозможно выпустить из рук! И еще один момент, который оставляю открыть вам самим: замечательно использованный прием обрамления! Или вы уже прочли? Поделитесь впечатлениями!