Гамлет нового поколения

25-го июля 1980 года не стало Владимира Высоцкого. Его песни и Жеглов из фильма "Место встречи изменить нельзя" известны всем, меньше помнят Дон Гуана в телефильме по “Маленьким трагедиям” Пушкина, еще меньше знают о его театральной судьбе. 
Между тем, Высоцкий был ведущим актером театра на Таганке и сыграл немало крупных ролей: Маяковский в “Послушайте!”, Галилей в пьесе Бертольда Брехта “Жизнь Галилея”, Лопахин в “Вишневом саде” и др. И тот факт, что на эти роли его приглашали культовые режиссеры Анатолий Эфрос, Юрий Любимов, Петр Фоменко, свидетельствует о серьезном даровании Высоцкого.

Однако самой значительной его работой на Таганке была заглавная роль в “Гамлете”. В начале спектакля Высоцкий в джинсах и свитере выходил на авансцену с гитарой и читал “Гамлета” Пастернака:

Гул затих, я вышел на подмостки,

Прислонясь к дверному косяку,

Я ловлю в далеком отголоске,

Что случится на моем веку....

Юрий Любимов сделал этот спектакль без декораций, как в шекспировские времена. Единственным элементом антуража был огромный занавес, который двигался во всех направлениях. Высоцкий рассказывал: Он работает как крыло Судьбы. Ведь на сцене ничего нет, только впереди вырыта могила со свежей землей. Иногда, когда кончается сцена, особенно после сильных мест, этот занавес сталкивает в могилу правых и виноватых. Иногда он разбивает сцену на куски. За этим занавесом я убиваю Полония. А основная нагрузка занавеса – дать возможность зрителю заглянуть, что происходит там, сзади. Вот занавес разворачивается – и вы видите, что король и Полоний подслушивают. Или после убийства Полония разворачивается занавес и видно, как он висит на ноже. Потом занавес поворачивается обратно. А Гамлет в полной уверенности, что убил короля, думает, что, наконец, все кончилось. А зритель уже знает, что убит не король, а Полоний. 

"Гамлет" стал знаковым событием в истории театрального искусства, он пользовался ошеломляющим успехом! Спектакль был исполнен 317 раз, в последний раз – 17 июля 1980-го. После смерти Высоцкого он был выведен из репертуара театра.

PS. Мне не довелось увидеть Высоцкого на сцене. Я приехала в Москву в начале августа 1980-го. После Олимпийских игр город стоял полупустой, вычищенный до блеска, всюду дежурила милиция в парадной белоснежной форме. К могиле Высоцкого на Ваганьковском кладбище, утопавшей в живых цветах, продолжалось паломничество. Оно не стихает и по сей день.

Я – поэт. Этим и интересен.

“Что первое приходит вам на ум при имени Маяковский?” 

Этот вопрос я задавала сегодня знакомым и незнакомым людям, и вот какие строки прозвучали.

- Я достаю из широких штанин дубликатом бесценного груза.
Читайте! Завидуйте, я – гражданин Советского Союза!
(Ирина Г., Александр С., Владимир П. и др.)

***

- Крошка сын к отцу пришёл,
и спросила кроха:
– Что такое хорошо
и что такое плохо?–

 У меня секретов нет,
– слушайте, детишки 

(Маргарита Д.)

***

-  А вы ноктюрн сыграть могли бы на флейте водосточных труб?
(Катя О.)

***

- Послушайте! Ведь, если звезды зажигают, – значит – это кому-нибудь нужно?

(Катя О., Ирина)

***

- Светить всегда, светить везде,

до дней последних донца, 

светить – и никаких гвоздей! 

Вот лозунг – мой и солнца! 

(Лариса У.)

     ***

     - В сто сорок солнц закат пылал, 

в июль катилось лето, 

была жара, 

жара плыла – 

на даче было это 

- Кто там шагает правой? 

Левой! Левой! Левой!

- Кто щёлкал затвором на левом колене.Сюда, с того конца коридорища,бочком пошёл незаметный Ленин. 

    - Любовная лодка разбилась о быт, 

с тобой мы в расчете 

     - Темно свинцовоночие, и дождик толст, как жгут, 

сидят в грязи рабочие, 

подмокший хлеб жуют

- Через четыре года здесь будет город-сад! 

(Борис К.)

***

-  Все вы на бабочку поэтиного сердца
    взгромоздитесь, грязные, в калошах и без калош.
Толпа озвереет, будет тереться,
ощетинит ножки стоглавая вошь.

А если сегодня мне, грубому гунну,

кривляться перед вами не захочется – и вот

я захохочу и радостно плюну,

плюну в лицо вам

я – бесценных слов транжир и мот 

(Алексей С.)

-  Единица – вздор, единица – ноль,

Один – даже если  очень важный –

Не подымет простое пятивершковое бревно,

Тем более дом пятиэтажный
(Татьяна)

***

Как видите, Маяковский необъятен. Грузинские корни, русская удаль, мощный революционный заряд, бахвальство и романтизм. Глыба, устремленная в будущее. Объединить это сложно, объяснить – тем более. Мне кажется, его просто нужно читать.
Влюбленных в его поэзию и тех, кто не считает его поэтом-тождиком, поздравляю с юбилеем! Владимиру Маяковскому сегодня 120 лет.

PS. Автору блога озвученный выше вопрос никто не задал, а жаль! Первое, что приходит на ум мне:

   Любить – это значит, в глубь двора
вбежать и до ночи грачьей,
блестя топором, рубить дрова,
силой своей играючи.

Самые первые строки Маяковского, которые я запомнила в школьном возрасте. Образ “грачьей ночи” и могучее, я бы сказала, авторитарное звучание, заворожили восприимчивую юную душу.

А какие строки и стихи Маяковского вспоминаются навскидку вам? 

A LADY

Сегодня день памяти писательницы, которая придумала одну из самых романтичных историй в мировой литературе. И “Гордость и предубеждение”, и саму Джейн Остин вряд ли можно назвать везунчиками. Роман, который Джейн написала в 21 год, был отвергнут издателем. Но, к нашему счастью, отказ не лишил мисс Остин силы духа. Спустя 17 лет “Гордость и предубеждение” увидел свет, и вот уже 200!!! лет мистер Дарси пленяет женские сердца.

В судьбе автора не было увлекательных приключений. Она родилась в большой, дружной, небогатой семье сельского пастора, так и не вышла замуж и провела всю жизнь в родном гнезде. Но именно атмосфера тихой провинции оказалась благотворной для ее художественного дара, подсказывая сюжеты романов о жизни двух-трех семейств. 
При жизни книги Джейн Остин печатались анонимно, за подписью “A Lady”. “Разум и чувства”, “Эмма”, “Мэнсфилд парк” были невероятно популярны; ими зачитывались, обменивались, их обсуждали, как обсуждали и то, кто скрывался за таинственной леди, дарившей публике такие искренние истории.

Все романы Джейн Остин многократно экранизировались. В 2005 “Гордость и предубеждение” с Кирой Найтли в роли Элизабет Беннет получил неплохую прессу и несколько номинаций на “Оскар”. Но, на мой взгляд, лучшей версией остается фильм BBC с Дженнифер Эль и Колином Фертом в главных ролях. Кстати, именно мистер Дарси, в сущности, сделал Колина Ферта звездой.

И эти, и другие актеры удивительно точно вписываются в текст Джейн Остин. Они не просто проговаривают текст, они словно сошли со страниц романа. И одно из прекраснейших признаний любви я не доверю никому, кроме Колина Ферта.

In vain have I struggled. It will not do. My feelings will not be repressed. You must allow me to tell you how ardently I admire and love you.

А вы?

Второй месяц лета, 11-й день

Чудный летний день, полный солнца и неги. Я дочитала роман Агаты Кристи “Смерть приходит в конце”. Именно так автор обозначает главы, используя для названий Египетский сельскохозяйственный календарь: Третий месяц сезона наводнений, 4-й день, Второй месяц зимы, 1-й день и т.д. Антураж абсолютно не в духе Кристи, потому что действие происходит в Египте в 2000 году до н.э. Все непривычно в этом мире (и в этом романе) – мудреные имена: Сатипи, Нофрет, Яхмос, Камени; причудливые растения: сикоморы, олеандры; необычные игрушки: деревянный лев, открывающий пасть, когда его дергают за веревочку. При этом автор умудряется сохранить свои фирменные атрибуты детектива. Героев мало, у каждого есть мотив и возможность убийства и, главное, злодеем у Кристи оказывается самый невообразимый. В этом она мастерица!

События разворачиваются, когда в лоно родительского дома возвращается овдовевшая Ренисенб. Ее муж Каи теперь “в царстве Осириса”. Собственно, ее глазами мы и видим происходящее, хотя повествование ведется от 3-го лица. Казалось бы, этого достаточно, чтобы исключить Ренисенб из списка подозреваемых. Но, памятуя, с каким автором мы имеем дело, нам приходится иметь в виду даже ее. Помните, в одном романе Агаты Кристи убийцей оказался рассказчик? А однажды она сделала преступником полицейского, чем и вовсе нарушила закон детективного жанра. Интрига здесь закручивается в звенящую пружину, как в хорошем футбольном матче, и ты не в силах отложить книгу, пока не узнаешь развязку.

Параллельно читала поэмы Пушкина. Медленно, потому что проговаривала каждую строку, поражаясь искусству собирать буковки в упоительные фразы. Вообразите пленительную картину ночи из “Бахчисарайского фонтана”:

Настала ночь; покрылись тенью

Тавриды сладостной поля

Вдали, под тихой лавров сенью

Я слышу пенье соловья;

За хором звезд луна восходит;

Она с безоблачных небес

На долы, на холмы, на лес

Сиянье томное наводит.

А потом нашла первое издание “Бахчисарайского фонтана” (вот за что люблю Интернет)! Ему, оказывается, предпослан захватывающий диалог издателя и классика, которые спорят о судьбах литературы в романтический период. Классик сетует, что Пушкин много пишет и “скоро выпишется”, на что издатель возражает, что тот в сравнении со “своими европейскими сослуживцами” пишет мало. “Байрон, Вальтер Скотт и еще некоторые неутомимо пишут и читаются неутомимо”. Классик утверждает, что пора истинной литературы миновала, и завелась новая школа, никем не признанная, кроме самой себя, искажающая язык Ломоносова и пишущая наобум. (!!!) Издатель же считает, что она еще не настала. Диалог ироничный, по большей части, в репликах издателя. Кстати, зовут издателя Петр Андреевич Вяземский, тот самый, который сказал, что романтизм похож на домового: о нем все говорят, но его никто не видел.

Между тем, закупоренное в бутылки лето приближается к зениту. Но не стоит грустить о том, “что было, то не будет вновь”. Потому что непременно будет новый день и новые открытия.

Inspirational summer

Как ни радуешься отпуску, почивать на цветочном ложе баловнем пригожим долго нельзя. Знаю точно по собственному опыту: дай себе волю, и в голове образуются опилки, и длинные слова начинают только огорчать. Поэтому берешься за новую статью или пособие, и, вы знаете, это как-то упорядочивает каникулярные деньки. И радости лета вкушаешь с бОльшим удовольствием, потому что они становятся наградой за усердие.

На это творение меня вдохновил кулинарный словарь Похлебкина. Я искала в нем брынзу (он, кстати, советует запекать ее тонкими пластами в духовке – объедение!), но закрыть такую книгу сразу не получается. Он так вкусно пишет! Почитав про невероятные сборные торты, я и вспомнила свой любимый летний десерт. 

Для тех, кого может отпугнуть в названии слово “словарь”, поясню, что Похлебкин – настоящий сказочник, а не занудный толкователь терминов из области кулинарии. Он описывает оригинальные идеи и способы приготовления, не идущие ни в какое сравнение с примитивными рецептами, которые тиражируются в сети. Я делала по его рекомендациям вергуны – украинский хворост, плэчинту – молдавский пирог и что-то еще. Вкус всегда отменный! Проблема лишь в том, чтобы не отвлечься на другое, когда готовишь. Ведь рядом с плэчинтой автор поместил рассказ о пляцеках (польских пирожных), о плум-пудинге, который делают в Англии на Рождество. Том самом, что воодушевил Агату Кристи написать “The Adventure of the Christmas Pudding”.

Если Похлебкин для вас новое имя, советую о нем почитать – совершенно невообразимая судьба. И, конечно, рекомендую его книги. У них обыденные названия, но мы же помним: гремит лишь то, что пусто изнутри. 

Желаю всем летних удовольствий, много и разных! Встретимся поговорить о том, кто что пробовал и читал?

PS. Из беллетристики прочла книгу пьес Эмиля Брагинского “Игра воображения”. Унеслась в прошлое, столь живы в памяти реалии, запечатленные острым  пером автора...