шоколадки
пирожки
картофель
бренди
водка
виски
и все это без тебя.
apples
Hi, everybody! Do you read books? I mean not only e-texts, but printed books? Luxurious tomes bound in leather or pocketsize books in paperback? You're welcome then! Feel free to share your reading experience, something you've read and would like to recommend (to read or never touch). Alice lovers are mostly welcome! For newcomers: below you see a list of most popular recent posts. But there’s a lot more in the archive (down right), have a look!
Январь. Встречаем с детьми Новый год в Новосибирске. Неожиданно мягкая для Сибири погода, изумительный оперный театр,
вкусная кухня с местным колоритом и уютные домашние посиделки вокруг импровизированной елки.
Февраль. Сняла на прогулке деревья с густыми тенями на снегу и отправила подруге-бывшей студентке, которая обладает редкой способностью воспринимать красоту. В ответ приходит: Вы, как Розетт из «Земляничного воришки», и с ветром, и с птицами, и с тенями 😃😄 Общение душами, свойственное Близнецам.
Начало июля, Москва.
Подруга-сокурсница выбрала для встречи Dr Zhivago на
Красной площади. Культовый ресторан с видом на Кремль, обширное меню русской
кухни, а я даже не помню, что заказывали. Настолько была рада встрече, что
окружающее слилось в безликий фон.
6 июля. Чувство предвкушения
на борту рейса Париж-Рим авиакомпании Iberia. Как побежим на экспресс Леонардо,
а на Roma
Termini – на
автобус до Фьюджи, чтобы не потерять день целебной водицы. Как войдем в любимый
отель (в 6-й раз!), увидим, что изменилось за эти годы, заглянем в джелатерию
на углу убедиться, что милый хозяин и его семья пережили пандемию, а внук Людовико подрос и помогает дедушке с бабушкой. А вечером отправимся ужинать в любимую
остерию Dell
Gallo. С
меню vocale,
помните, рассказывала?
Конец июля, Сорренто. Едем из Неаполя с предвкушением другого рода до своего бюджетного отеля, а заселившись, обнаруживаем ошеломляющий вид с
балкона! На Везувий, Неаполитанский залив и крошечную бухту внизу с пляжем, на
который спускаешься в лифте, пробитом в скале.
1 сентября и первое
занятие с новой группой. Увидев эти фейсики с живыми глазами, сразу поняла, что
мне повезло. Группа Знаек, где каждый – личность со своими взглядами и
интересами, при этом слушают друг друга и как-то очень по-доброму выстраивают
отношения.
Еще один сентябрьский день
бабьего лета. На центральной площади развернулась книжная ярмарка с россыпью
манящих обложек. Задержалась под деревом ответить по телефону, а прямо надо
мной преспокойно по ветке шествует белка! Видимо, приняла меня за часть живой
природы 😊А вечером встречались с подругой школьных лет из Южно-Сахалинска –
эмоций через край! Два часа разговоров наперебой, хохота, воспоминаний, не хватало
только наших любимых мальчишек-одноклассников!
Ноябрь. В конкурсе видео
хотели использовать детские фотографии. Поискала в альбомах, попросила близких,
и нашлись снимки, которых я и не помню. Мама молоденькая, я в байковом платьице,
годика три. Унесло!
Было много других мгновений, fleeting moments of reality, добрых, удивляющих, трогательных. Спасибо
году 2024 и бесценным друзьям! Ваша очередь. Что останется в вашем сундуке
памяти за номером 2024?
Отчего-то в последнее время Book Lovers в моем лице пишут о погоде и природных катаклизмах. Уверяю вас, читать я не разучилась! Сегодня расскажу о книге, до которой вы еще точно не добрались.
Название дневников
Алана Рикмана, роскошного издания в твердом переплете и суперобложке, отсылает
к фильму «Искренне, безумно, сильно», за который актер был удостоен ряда
наград. Мне очень нравится этот английский актер, которого я запомнила после
фильма «Крепкий орешек». Припоминаете? Он был неотразим в костюмных ролях – в
экранизации романа Джейн Остин «Разум и чувства» и Патрика Зюскинда «Парфюмер»,
а фанаты Гарри Поттера не мыслят профессора Северуса Снегга в другом обличье.
Каким же предстает
этот культовый, притягательный, порой высокомерный джентльмен в своих
дневниках? Ведь это жанр сугубо личный, почти интимный, не предназначенный для посторонних
глаз.
Больше всего,
конечно, он пишет о работе. Репетиции, съемки, фотосессии, интервью сопряжены с
частыми перелетами и сменой часовых поясов. Рикман остроумно и метко пишет о
кинематографической кухне, о том, как делается кино. My shot of the day. Walk up a few steps. Stop. Turn. Look. Look
away. The simplest tasks can make you feel like an unoiled robot. / Моя сегодняшняя съемка. Подняться по лестнице. Остановиться. Повернуться.
Посмотреть. Отвести взгляд. Простейшие действия, выполняя которые чувствуешь
себя несмазанным роботом.
Он рассказывает о
том, как эпизод с парой реплик может сниматься полдня, а потом, после просмотра
выброшен, потому что режиссер меняет сценарий. О премьере «Гарри Поттера»,
когда толпа фанатов приветствовала актеров как группу Битлз в 60-е. О том, как мучительно
порой монтируется фильм, и в результате становится неузнаваемым. В монологе,
обращенном к самому себе, обнаруживаются неожиданные качества автора.
I hate it when my
head, heart and aspirations are filled to the brim only with career. The rest of
me hangs around like a jacket on the back of a door-knob. / Ненавижу, когда все мое существо преисполнено исключительно карьерой. Остальная часть меня словно болтается, как куртка на
дверной ручке.
Личность же автора, его
внутренний мир раскрываются в рассказах о времени между съемками и спектаклями:
визиты к матери, дни рождения, панихиды, каникулы на любимых Карибах, где
выражается его отношение к экспансии США и др. Выставка Пикассо, например, в
апреле 1994 произвела на него ошеломляющее впечатление. Mind-blowing
exhibition. Wander around ashamed of our little lives and minute aspirations.
It’s like Picasso was permanently plugged in and the socket switched on.
О друзьях и коллегах
по актерскому цеху Рикман говорит с восхищением и благодарностью. Великодушно и
щедро он одаривает их комплиментами и повторяет, как важно ценить людей
ближнего круга и тех, с кем сводит судьба.
Helen Mirren is a
beacon amidst the fog.
She could drop a
proverbial sack on her head and make it sing.
She’s one great Yes
to life.
Предваряет дневники
необыкновенно теплое предисловие Эммы Томпсон. Они много снимались вместе и
были по-настоящему близки. Это не дежурные слова, которые мы часто слышим, а
душевные воспоминания, пронизанные болью и благодарностью. Актриса пишет о
мудрости, чувстве юмора, непредсказуемости и озорстве, об остром уме – всем том,
что делает книгу увлекательнейшим чтением! На русском пока дневники не вышли,
но фигура культового актера в личном звучании наверняка привлечет поклонников
его творчества и любителей популярного сегодня нон-фикшн.