Путешествия в условиях пандемии

из желания заветного перекочевали в разряд несбыточного. Вопреки настойчивым зазывалкам открывать родную страну, большинство из нас дожидаются лучших времен. Когда-нибудь же это закончится?

А пока путешествуем виртуально, перелистывая фотографии. Погуляем? А заодно предлагаю поиграть, соединяя фото с названием города (номера даны для ответов в комментариях). Подсказки присутствуют везде! Не всегда печатными буквами, 

click on a picture for a closer view

но в виде знаковых достопримечательностей и узнаваемых особенностей, как например, португальский азулежу. И даже перил моста или местного лакомства. Где, кроме Гента, попробуешь тягучие гентские носики? В путь!

Москва, Прага, Хабаровск, Париж, Гент, Мадрид, Флоренция, Санкт-Петербург, Барселона, Гонконг, Гранада, Брюссель, Дрезден, Неаполь, Будапешт, Манарола, Вена, Мерано, Благовещенск, Лиссабон, Брюгге, Порту.

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

Гладь каналов и прекрасная архитектура, роскошные дворцы и прилепленные к скалам домики – теперь, когда мы заперты дома, кажется невероятным, что видела все собственными глазами. Волшебные места! Каждое погружает в свою, особую атмосферу. Но вернуться хочется не во все. Когда мы победим поганый вирус, я хочу поехать на Алтай и в Карелию. А когда, наконец, откроют границы… Не произношу вслух! 

А вы в 2020-м сидидомцы или погулянцы? Поделитесь впечатлениями! Или мечтами. Помните, у Джона Леннона: A dream we dream alone is only a dream. A dream we dream together is a reality!

Забежать за горизонт

Охота к перемене мест

Приглашаю в виртуальное путешествие

Отправляемся в виртуальный тур 

shin-shin-to

Попробуйте тихонько произнести: shin-shin-to. Этим выражением в Японии, объяснила мой друг Йоко, описывают звук падающего снега. In Japan, onomatopoeia “shin-shin-to” is used to describe the snow falling fast in silence.

click on a picture for a closer view

Мы говорим "снегопад". Произнесенное по слогам очень похоже, правда? Но какие бы слова не придумывали, вряд ли они передают волшебство преображающегося на глазах мира. 

У реки в снегопад звуки иные: шорох и шуршание - Амур примеряет ледяное облачение. А если спуститься к самой воде, слышен едва уловимый перезвон сталкивающихся льдинок.

В Наре, где живет Йоко, сегодня +17. И только Анкоридж, город Алены-лунышки, близок к нашим температурам. Радуемся пушистому мягкому снегу. Наступает зи-ма…

Из недавно прочитанного

Начну с книги Анны Гавальда “Я признаюсь”, ее последней на сегодня публикации. Это сборник из семи отдельных новелл, во вступительном слове к которому автор говорит, что для нее это не просто истории и персонажи, а живые люди, из плоти и крови. Пытаясь разобраться в себе, они разоблачаются, открывают душу, и им поневоле начинаешь сопереживать.

Так видит автор. На мой же взгляд, единственное, что объединяет все новеллы, это повествование от первого лица. Остальное – место действия, возраст, пол, социальный статус героев отличны друг от друга. Более того, представляя их в неожиданных жизненных обстоятельствах, в разном физическом состоянии, автор меняет стиль и язык от новеллы к новелле.

Так, “Куртуазная любовь” рассказывается от лица продавщицы в магазине товаров для животных. Лулу превосходно разбирается в породах и условиях их содержания, при этом речь ее состоит из  сплошь жаргонизмов. Подруга Самия уговаривает поехать на вечеринку, хотя ей после работы хочется одного – оказаться в постели со своим сериалом. Во время знакомства с хозяином Лулу оказывается Людмилой, еще один парадокс, избранный автором в качестве сквозного приема.

Другой рассказ под названием “Хэппи Мил” начинается так: Я люблю эту девочку. Мне хочется доставить ей удовольствие… пригласить в настоящий парижский ресторан с ткаными салфетками и зеркалами. Сидеть с ней рядом, разглядывать ее профиль… и пусть все остывает. Я ее люблю.

О’кей, ‒ говорит она мне, ‒ но мы пойдем в Макдональдс.

Читатель сразу вовлекается в эти взаимоотношения, понимая, что рассказчиком является мужчина, готовый идти у своей дамы на поводу.

Если мы будем вместе достаточно долго,… я приучу ее к соусу гран-вернер, к помрольским винам и “Креп-Сюзетт”… Есть столько вещей, что я хотел бы ей показать. Но я ничего не говорю и просто смотрю, как она застегивает свое красивое пальто.

Рассказ об обеде в Макдональдсе из уст парижанина вызывает улыбку. Он не выносит запаха горелого масла, вульгарности, громкой музыки, и вообще не понимает, что он здесь делает со всей своей безмерной любовью и в твидовом пиджаке. Но он терпит, потому что она обожает наггетсы с соусом барбекю. А она хорошо его чувствует, берет его руку, и, кажется, наконец, моя линия удачи соединяется с линией моего сердца. Милейшая история заканчивается несколько неожиданно. Как? Почитайте!

За творчеством Анны Гавальда слежу давно, как и Виктории Токаревой. Ее женская проза привлекает не столько героями, они вполне узнаваемы, сколько стилем повествования. Со своеобразным чувством юмора, с неожиданными, порой по-детски оборотами. Может, потому что она называет талантом отсвет детства? Вот послушайте!

Каждый видит себя иначе, чем его начальник. Лично я кажусь себе умной и обаятельной. Я похожа на Наталью Гончарову, только без денег и без Пушкина. А моей начальнице кажется, что я глупая и противная. … Моя мечта: встретить Пушкина, варить ему по утрам кофе и не дразнить Дантесом.

Это фрагмент рассказа “Паспорт” из книги Токаревой “Не сотвори”, которая обнаружилась в домашних книжных развалах во время ремонта. Как и роман Сиднея Шелдона “The Best Laid Plans” - неплохое чтение для отдыха и переключения между работой. Что характерно для прозы Шелдона? Тугая интрига и скупой язык, лишенный декора. Именно так представлена история предательства и мести, которая становится смыслом жизни на долгие годы. Книга существует в русском переводе под названием “Тонкий расчет”, хотя рассказ об уязвленном женском самолюбии уместнее было бы назвать “Холодный расчет”.

А что интересного читала вы?

Еще об Анне Гавальда:

Немножко парижской жизни в стилистике Оффенбаха