«Книги Победы». Михаил Шолохов «Они сражались за Родину»

В ответ на приглашение подруги и коллеги принять участие во флэшмобе «Книги Победы», выбрала роман Михаила Шолохова «Они сражались за Родину». Открыла и осознала, как давно я не читала книг о войне. Они требуют особого навыка, который восстанавливался в процессе, а еще особого настроя, готовности погрузиться в иную, тяжкую реальность.

Действие происходит летом 1942-го, во время отступления, когда остатки полка, сохранившие знамя, выжившие после кровопролитных боев, двигаются на восток через донские станицы. Жители, почти исключительно женщины, смотрят на них, как на предателей. Однажды, раздобыв раков, один из бойцов заходит во двор попросить ведро и соли, и получает такой отпор, что от стыда не может опомниться. Третьи сутки через хутор войско идет. А народ на кого бросаете? Может, нам прикажете ружья брать да оборонять вас от немца? Только после того, как старуха упоминает четверых из своей семьи на фронте (а пятого, младшего сынка, убили в Севастополе), она  меняет гнев на милость и дает ведро, велев вернуть.

Шолохов пишет о войне как о работе. Без акцентов и героизации тех, кто оказался ее участниками. Главные герои – Николай Стрельцов, Иван Звягинцев и Петр Лопахин – люди не военные. Они оказались на передовой не за деньги, не по контракту, а потому что надо защищать отчизну от напавших врагов. Все трое сугубо мирных профессий, они учатся военному ремеслу в бою. Иван работал комбайнером, и ему невыносимо видеть поля погибающей пшеницы, которую некому убирать. Какой хлеб-то пропал! 100, а то и 120 пудов с гектара… Вырастить такой хлебец – это тебе не угля наковырять, говорит он Лопахину – бывшему шахтеру.

Разные по складу характера, они по-своему переживают походные невзгоды. Лопахин, уверенный в своей мужской силе, любит разглагольствовать, и Николай с Иваном считают его пустозвоном. Однако в бою все стоят плечом к плечу, готовые поддержать друг друга и поделиться последним табаком. Ты за шутки мои не обижайся, может быть, мне с шуткой и жить и воевать легче, тебе же это неизвестно?

Слово подвиг автор не использует. Каждый делает свою работу. Маленькая санитарка тащит израненного Звягинцева с поля боя изо всех силенок, причитая, сколько же в нем пудов веса. Николай, полностью оглохший после контузии, возвращается к своим в полк. Лопахин подбивает патроном вражеский танк. Подвиг, скажем мы. Для них на войне это будни, и как говорит Лопахин: Главное в нашей вредной профессии – это чтобы настрой не падал.

Читая, я мысленно сравнивала героев в тексте с кино образами в фильме Сергея Бондарчука. Там был превосходно подобран состав, с точным попаданием в характер: Николай Стрельцов – В. Тихонов, Иван Звягинцев – С. Бондарчук, Петр Лопахин – В. Шукшин, боец Некрасов, который страдал окопной болезнью, – Ю. Никулин и др.

Книга Шолохова и кино версия рассказывают о войне, 80-летний юбилей которой мы отмечаем этой весной, правдиво, проникновенно, без спец эффектов и громких слов. Напоминая нам в двадцать первом веке, что война – зло. Вечная память павшим.

***

на все времена

Добралась до Фредрика Бакмана. Читали?

Книга давно ждала своей очереди. Об этом шведском писателе я была наслышана из разных источников, и признаюсь, захватило сразу, когда просматривала рецензии на обложке. Уж очень много разноречивых эпитетов рядышком, и все в унисон о том, что читаешь со слезами и смехом разом. На первой странице автор предупреждает, а может, шутит, или извиняется, что история эта обо всем на свете, но главным образом – об идиотах. Каково?

Аннотация обрисовывает сюжет: в маленьком шведском городке накануне Нового года вооруженный пистолетом человек в маске после неудачной попытки ограбить банк захватывает восемь заложников во время показа покупателям выставленной на продажу квартиры. У подъезда тут же собирается толпа жадных до сенсаций репортеров, полиция блокирует подступы к дому и готовится штурмовать квартиру... атмосфера накаляется. Не выдерживая нарастающего напряжения, заложники делятся друг с другом самыми сокровенными тайнами...

Смешного, на первый взгляд, не наблюдается. Но очень скоро мы включаемся в игру. Автор уморительно рассуждает, о том, куда катится мир. Как грабитель банка становится преступником, который берет людей в заложники. Потому что его угораздило прийти с пистолетом в безналичный банк. Разве он виноват, что в современном обществе привычные вещи утрачивают свою сущность? Кофе без кофеина, безалкогольное пиво, безглютеновый хлеб… Это в самом деле смешно и трогательно одновременно: Как трудно быть взрослым, и почему никто не предупредил об этом заранее!

Здесь следует пояснить, что история с заложниками разворачивается параллельно внутри и снаружи. Внутри, в квартире, грабитель с пистолетом и потенциальные покупатели, снаружи – пара полицейских, потому что городок небольшой, к тому же, hostage drama случается в канун Нового года. Саспенс пополам с рутиной расследования. Так, мы узнаем, кем был грабитель, ближе к финалу. А к идиотам легко причислить любого из них.

Только вот в истории об идиотах поднимаются серьезные темы. Одиночества, взросления, ответственности за себя и тех, кто рядом, выбора своего пути и образа жизни, безразличия и участия – всего того, что касается каждого из нас. И все мы порой чувствуем и ведем себя, как идиоты. 

Послушайте! When his daughter was a teenager, Jim used to think that children were like kites, so he held on to the string as tightly as he could, but eventually the wind carried her off. / Когда дочь была маленькой, Джим считал, что дети похожи на воздушных змеев, и крепко, изо всех сил, держал веревку, но ветер все равно унес ее прочь.

Вот то, что прочувствуют все, кто терял близких: The following morning they were angry at the sun for rising, and couldn’t forgive the world for living on without her. Как мы злимся на солнце и мир, который не рухнул, а человека, дорогого, любимого, лучшего на свете, больше нет.

Дочитывала книгу, то и дело смахивая слезы. И удивлялась себе: где Швеция, и где я, и какое отношение ко мне имеет история о мостах и идиотах, произошедшая в шведском городке? Бакман удивил. Как, вероятно, удивил организаторов литературных интернет-сообществ, которые рядом с его именем перечисляют жанры наобум: роман, юмор, мистерия, юмористическая художественная литература, психологический реализм. Почитайте, думаю, удивитесь и вы. Книга доступна в русском переводе, но знающим английский, настоятельно рекомендую этот перевод!

Мысли вокруг театра нашего времени

На днях получила несколько рассылок – писем из московских и питерских театров, где покупала билеты онлайн. Зовут на паблик-ток, читку поэтического спектакля, мастер-класс актеров, экскурсию по закулисью, посмотреть видео репетиции, и много чего еще. Я не знаю, как к этому отношусь. Я все понимаю про тренды, иммерсивность, инклюзивность и т.п. А театр как таковой? Как храм, как высокое искусство? Совсем вышел из моды?

Тренд этот, кстати, появился давно. Однако иммерсивность прекрасна, когда она уместна и выражает дух спектакля. Пример? Московский театр на Таганке Любимова раздвигал рамки сцены, отправляя актеров в фойе и даже на улицу, а зрителей делал соучастниками представления. Легендарный спектакль Таганки “Десять дней, которые потрясли мир” по книге Джона Рида начинался прямо на площади. Народ, выходя из метро, видел красные флаги, актеров, переодетых в революционных матросов и солдат, с гармошками, гитарами, поющих песни и частушки.

В противоположном случае иммерсивность становится раздражающим фактором. Мне “повезло” бывать на таких спектаклях. Иногда публику приглашают подпевать актерам на сцене, или того хуже, искажают смысл пьесы, стремясь притянуть интерактивность любым способом. О последнем я рассказывала в Оглушительный “Макбет”.

Назовите меня традиционалистом, но я предпочитаю театр с рампой, отделяющей сцену от зрительного зала. И, когда после третьего звонка гаснет свет, на сцене начинается действие, возникает магия. Только в том случае, когда спектакль играют великие актеры. Как Иннокентий Смоктуновский, юбилей которого отмечался недавно. Я видела его в нескольких спектаклях во МХАТе, в том числе, чеховском “Иванове”. Это было абсолютное попадание в природу Чехова!

https://mxat.ru/history/performance/ivanov1976/

А как относитесь вы к многообразным театральным новшествам нашего времени? Какого рода театр предпочитаете вы?

P.S. Однажды в студенческую пору в Москве шла по своим делам, и ступив на переход на Тверском бульваре, увидела Смоктуновского, который шел навстречу. Я улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ. Своей улыбкой Бога!