No man is an island

Нет человека, что был бы как остров;
Каждый человек есть часть материка, часть суши…
И смерть любого человека умаляет меня,
ибо я един со всем человечеством.
А потому не спрашивай, по ком звонит колокол:
 он звонит по тебе.

Эти строки Джона Донна вспомнились, когда смотрела траурную церемонию в Нидерландах по погибшим в авиакатастрофе над Донецком. Поминальные службы в храмах и сотни людей, которые поддержали семьи жертв, показав, что это общая боль. Виновные не установлены, и с определенностью можно сказать лишь одно: не окажись самолет в зоне боевых действий, трагедия бы не случилась.

То, что происходит сейчас в родственном нам государстве, чудовищно и непостижимо. Непрекращающийся артобстрел, зачистка, братоубийственная война – ужасают сами слова, звучащие в XXI веке. Современные правители творят политику, как первые люди на Земле, – с нуля, словно и не было уроков истории. Некоторые, похоже, уверовали, что человечество делится на элоев и морлоков, и точно зная, к какому классу они относятся, вольны распоряжаться судьбами остальных. 

Точнее, их ничему не научили уроки истории. Равно, как и уроки литературы. Иосиф Бродский в Нобелевской речи высказал потрясающую мысль: "Я не призываю к замене государства библиотекой..., но я не сомневаюсь, что выбирай мы наших властителей на основании их читательского опыта, а не их политических программ, на земле было бы меньше горя".

Наивно? А я разделяю убеждение Бродского. Я тоже уверена, что "для человека, начитавшегося Диккенса, выстрелить в себе подобного во имя какой бы то ни было идеи затруднительнее, чем для человека, Диккенса не читавшего". Он прав! Весь Диккенс – о милосердии. Бродский говорит "именно о чтении Диккенса, Стендаля, Достоевского..., а не о грамотности или образовании". Потому что грамотный и образованный человек вполне может "убить себе подобного. Ленин был грамотен, Сталин  был грамотен, Гитлер тоже; Мао Цзедун, так тот даже стихи писал. Список их жертв, тем не менее, далеко превышает список ими прочитанного".  

Но, похоже, те, кто разжег войну в Украине, не читали ни Диккенса, ни Шекспира, ни Свифта, чьи "Путешествия Гулливера" должны быть настольной книгой каждого правителя. Возможно, они и прочли, но смыслы остались вне их понимания. Они не осознают, что призраки, терзавшие Ричарда III, явятся и к ним.

Макушка лета

Сегодня готовим баклажаны, вкушаем малину и читаем Айрис Мердок! Возьмите "Черный принц", "Море, море", "Дикую розу", "Монахини и солдаты" – любую книгу, и вы окажетесь в плену ее чар. В иной реальности, определенной автором как шифр со многими разрешениями, и каждое из них верно. Это цитата из романа "Бегство от волшебника" – "The Flight from the Enchanter", благодаря которому состоялось мое посвящение в Орден Почитателей Айрис Мердок.

В начале книги юная Аннет решает бросить престижный колледж, куда ее определили дальновидные родители, и вступить в Школу Жизни (по ее собственному определению)). Эта первая глава звучит как подростковый бунт, где много озорства и невнятных суждений незрелой девчонки (иногда я читаю ее студентам в попытке разрушить стереотип восприятия Мердок как чего-то тяжеловесного и непосильного). В следующей главе интонация становится жестче: мы знакомимся с Хантером и Кэлвином, обсуждающими сделку; дальше с писателем Питером, увлеченным расшифровкой кастанского шрифта, другими героями, которых автор извлекает, словно из рога изобилия, манипулируя нашим вниманием. Перед нами разворачивается сюита с множеством голосов и сюжетных ответвлений, в которой лейтмотивом звучит линия Аннет и эксцентричного, таинственного магната Миши Фокса.

Автор артистически соединяет реальность и игру воображения, фарс и трагизм, щедро приправляя повествование всеми оттенками юмора. Вслед за Аннет, Мердок увлекает нас в магическую историю, полную любви, где правят Высшие Силы и царит зло, изначально присущее миру.

Это лишь фрагмент впечатления об одном из увлекательнейших романов Мердок. Писатель сказала однажды: "Промежуток между "О, я мечтаю о будущем!" и "Ах, уже поздно, все в прошлом" так бесконечно мал, что в него невозможно протиснуться". Как меняется восприятие этой фразы с годами! Мердок успела многое: написала 26 книг, многие из которых обрели театральную и кинематографическую судьбу.

Айрис Мердок родилась на макушке лета, 15 июля 1919 года.

PS. Готовя этот пост, впервые открыла русский перевод "Бегства от волшебника". Ужас! Какое счастье обладать возможностью читать в оригинале!!!

Футбольный сюжет, или Вопли Кубкоплясовых

Только что закончился матч Аргентина-Швейцария, очередная битва за выход в четвертьфинал. Фантастическая игра!!! Этот матч воплотил все, отчего миллионы на планете фанатеют от футбола. Интрига до последней секунды, когда прилипаешь к экрану, забыв обо всем, и безусловному, казалось бы, фавориту, противостоят насмерть. Непредсказуемость – сколько звезд и кумиров слетело уже с пьедесталов!

Посмотрите прогнозы, коэффициенты букмекеров, кто ставил на швейцарцев? А как они бились оба тайма, включая дополнительное время!!! Бешеные эмоции, смену которых невозможно описать: восторг от прекрасного паса, замирание сердца в моменты игры у ворот, вопли отчаяния и крики души! Неконтролируемый поток сознания, накал неподвластных страстей, состояние, когда не помнишь, стоял, сидел, жевал ли что-то, и посолил ли борщ, который затеял не в лучший момент.   

А фразы комментаторов?! Вот то, что запомнилось за этот потрясающий чемпионат. Вообразите, как это прозвучало в пылу атак!

Сборная Испании зажимает чилийцев, но это не просто сборная Чили, это крепкие чилийские перцы!

На матче Италия-Уругвай в Натале: Великий Марио Балотелли становится мини Марио, микро Марио! Балотелли выглядит, как все тучи в Натале.

Нет у них в центре бультерьера, некому в центре грызть!

На поле два форварда, но от повторения слова "халва" слаще не стало.

О голкипере сборной Боснии по фамилии Бегович: Он и Прыгович, он и Падович, он и До-Мяча-Доставатич! 

В этом словесном облаке я выплеснула вчера свои эмоции от нынешнего чемпионата мира. Сегодня оно получилось бы не таким упорядоченным. ))) Болеем дальше!