Два вечера подряд была на спектаклях в рамках фестиваля “Амурская
осень”. Вчера с глазами, полными слез, долго аплодировала стоя, со всем залом, Лие
Ахеджаковой. Сегодня ушла в антракте, не досмотрев до конца, “На струнах дождя”.
Пьесу “Мой внук Вениамин” Людмилы Улицкой прочла до
спектакля. С первых строк понимая, что роль Эсфири написана словно специально на
Ахеджакову, –уже при чтении слышишь ее интонации. В пьесе четыре персонажа, но, в
сущности, это монодрама, львиная доля текста которой отдана главной героине. Ахеджакова
играет не только собственную судьбу, но историю послевоенного поколения всего
гонимого еврейского племени. Играет с такой степенью правды, что безоговорочно веришь
любым поворотам сюжета. Такая женщина может принять чужого человека в свой дом и
прирасти к нему душой. Ее необъятное сердце изменяет Соню, про которую автор в
начале пьесы пишет: Овца. Овечка. Идет куда
ведут. Когда в финале Сонечка слышит, что в семье отца ее ребенка не любят
евреев, она встает на их защиту.
О сегодняшнем спектакле скажу коротко. Ни о чем и никак. Красивое
название: “На струнах дождя”, в главной роли Ирина Муравьева. В таких случаях
мне бывает неловко за актеров, которым просто нечего играть, и за жюри, которым
это ничто надо оценивать.
Что, на ваш взгляд, составляет хороший спектакль? Я не говорю
о кассовости, о том, что делается на потребу публике, словно мы – эта самая
публика – не способны понять ничего, кроме кривляния и шуток ниже пояса. Главное
в спектакле, по моему убеждению, это пьеса. Текст. История! Потом актеры, которые
могут ее воплотить. И, наконец, режиссер, который сможет ее поставить не в
ущерб первоисточнику, укрощая подчас ради этого свое эго. Когда эти три параметра
совпадают, случается чудо, и спектакль становится шедевром.
В 80-х годах прошлого столетия одновременно в двух сильных московских театрах шел чеховский “Иванов”. Я видела оба. Казалось бы, и во МХАТе и в Ленкоме были налицо все три условия: Чехов, Олег Ефремов, Иннокентий Смоктуновский против Чехова, Марка Захарова, Евгения Леонова. Однако, Иванов-Смоктуновский совершенно затмил Иванова-Леонова, прекрасного актера! Это был тот случай, когда роль, на мой взгляд, не совпала с актерской сущностью.
В 80-х годах прошлого столетия одновременно в двух сильных московских театрах шел чеховский “Иванов”. Я видела оба. Казалось бы, и во МХАТе и в Ленкоме были налицо все три условия: Чехов, Олег Ефремов, Иннокентий Смоктуновский против Чехова, Марка Захарова, Евгения Леонова. Однако, Иванов-Смоктуновский совершенно затмил Иванова-Леонова, прекрасного актера! Это был тот случай, когда роль, на мой взгляд, не совпала с актерской сущностью.
В пронзительной пьесе Улицкой произошло даже не совпадение –
слияние актерской природы Лии Ахеджаковой с ролью Эсфири. Низкий поклон за ее
талант и дай ей Бог здоровья!

