Paris, je t'aime?

Маршрут этого лета начался с Парижа, и, получив в Орли штамп в паспорте, испытала такое облегчение, что полностью отключилась. Наслаждалась каждым моментом, будь то простой, но безумно вкусный завтрак в отеле, блуждания по Монмартру без программы, пауза в кафе за крошечным столиком лицом к проезжей части, бокальчик восхитительного кофе в салоне или просто парижское небо и архитектура.

click on the picture for a closer view

Отель выбрала на левом берегу Сены подальше от туристических троп, между Люксембургским садом и бульваром Сен-Жермен. А проснулись под звон колоколов ‒ рядом оказалась церковь Сен-Сюльпис. Внушительное сооружение с асимметричными башнями запоминается невероятной статуей Мадонны с младенцем и капеллой, расписанной Эженом Делакруа.

Я спросила служителя о возможности послушать орган, и представьте, именно в этот день значился концерт органной музыки. Фуги Баха произвели ошеломляющее впечатление. Знаете ощущение, когда музыка завладевает тобой целиком, когда окружающее перестает существовать? Бах выразил в музыке всю невыплаканную боль, всю бездну утрат, когда уходят прекрасные, любимые, жизненно необходимые тебе люди. Уже потом я начала анализировать, вспоминая многочисленные органные концерты в храмах Цюриха, Калининграда, Комо, в Домском соборе в Риге, ‒ столь всепоглощающее воздействие я испытала впервые здесь, в неизвестной прежде парижской церкви.

Переполненные эмоциями, мы пошли в Люксембургский сад. День был такой же неприветливый, как у нас сегодня, но любой переулок в Париже может одарить сюрпризами: на стене оказался знаменитый «Пьяный корабль» Артюра Рембо, потом замечательный книжный, где моему любимому роману Хемингуэя о Париже отведено почетное место.

    В саду дети в фонтане запускали разноцветные парусники, кто-то собирался играть в петанк, в беседке шел опен-эйр детского ансамбля, и десятки уголков звали устроиться на свой вкус ‒ полулежачих стульев хватает на всех.

В сумерки по тихим улочкам отправились к набережной. Париж принадлежит своим piétons – пешеходам. Только так можно по-настоящему увидеть город, как справедливо утверждал Джон Бакстер*. Обошли вокруг д’Орсе, любуясь часами, которые в верхнем зале занимают стену от пола до потолка. А за ужином раздумывали, чем займемся завтра.

Сакре-Кёр, куда мы поднялись на фуникулере, приветствовала расписной лестницей, которая раньше была просто серыми ступенями. Зато уличные музыканты, как всегда, присутствовали в изобилии.

    Внутри внимание привлекла табличка с призывом выразить свои чаяния о мире. Мама с двумя малышами предложила им написать. Вот бы прочитать их мысли! Здесь нельзя пропустить мозаику перед выходом с изображением Христа. Она удивительно перекликается с видом, который открывается за дверью, – распахивая перед тобой весь город.

Но прежде чем спускаться, надо непременно обойти Монмартр, проникнуться его уникальной атмосферой.

    Париж в этот раз открылся по-новому. Вероятно, потому что я доверилась городу и влилась в его ритм. Когда никуда не спешишь, ничего не ищешь, не пытаешься успеть то и это, восприятие работает иначе, согласны?

*Философия прогулки от Джона Бакстера