В копилку летнего чтения

Книги в дорогу выбирала сообразно маршруту и угадала. Обе читаются с наслаждением! Первая – Энтони Дорра «Четыре времени года в Риме» / “Four Seasons in Rome” – заявлена как мемуары. После успеха своего романа автор получает приз Американской Академии искусств и литературы, который дает право жить и работать в Риме в течение года. Квартира с просторной открытой террасой, студия для работы и денежное содержание предоставляются. Он только что стал отцом сыновей-близнецов, и вместе с семьей они переезжают в столицу Италии. Долгожданное отцовство, постижение итальянской культуры, языка и образа жизни становятся образующими сюжетными линиями книги.

По сути, бессобытийная история, основанная на дневниковых записках, она наполнена встречами и открытиями. В начале декабря соседка сказала, что если вдруг пойдет снег (а в Риме это случается once in a lifetime), надо бежать в Пантеон. Потому что увидеть снежинки, опускающиеся сквозь отверстие в крыше купола, означает навсегда изменить свою жизнь. Дорр рассказывает, как был ошеломлен, увидев окулюс, единственный источник природного света, впервые.

Я спросил портье, как часто в Риме выпадает снег.

- Три года, к счастью, не было.

- Значит, в городе нет снегоочистителей (snowploughs)? В ответ недоумение:

- What do you mean “snowploughs”? 

Дорр описывает будни родителей новорожденных близнецов с хорошим чувством юмора. Molto lavoro / Очень много работы! Он цитирует Вергилия, который рассказал в «Энеиде», как древние римляне закаляли новорожденных, опуская в холодные ручьи. Современные римские мамы с ужасом смотрят на их близнецов, одетых в худи и флисовые кофточки в +4. Одна синьора молча отобрала у родителей-монстров коляску и поставила ее на солнце.   

Чудо Вечного города пронизывает весь текст. Автор описывает фонтаны Рима, журчание и плеск воды; краски света на закате и на рассвете, преображающие площади, здания, знаковые места. Весеннее цветение и осенние ветра наполняют город разными звуками и оттенками, и он с упоением открывает его заново в новый сезон. Чередование описаний города и забот родителей маленьких близнецов сплетаются в эклектичное, местами хаотичное кружево. 

Малыши растут, учатся ползать, делают первые шаги на наших глазах. Однажды на лестнице он встречает незнакомца и приветствует его: Ciao. – Ciao, отвечает синьор. Ciao, говорит Оуэн. Ciao! – широко улыбается мужчина, а отец едва не падает от неожиданности, потому что малыш впервые в жизни произнес это слово. There are a 1000 1000 reasons to live this life, every one of them is sufficient. / Существует миллион причин чтобы жить, каждая из которых достаточна.   

Дорр перечитывает и цитирует писателей, которые жили в Риме в разное время: Плиния старшего, Данте, Джона Китса. Вслед за ними он говорит об уязвимости человека, о быстротечности жизни и умении получать от нее удовольствие. Отсюда умение итальянцев наслаждаться чем угодно. Автор приводит рецепт хот-дога с нутеллой, который опубликовала 10-летняя девочка: намажьте обе стороны булки для хот-дога нутеллой, положите между ними очищенный банан, наслаждайтесь. Ключевое слово – наслаждайтесь! Отсюда почтительное отношение к старшему поколению: Six or seven times, since coming to Italy, I’ve seen young people on park benches reading novels to grandmothers / Не раз, с тех пор, как я поселился в Италии, я видел в парках молодых людей, которые читали бабушкам книги.

Ближе к финалу автор пишет о несбывшемся, о том, что он не успел или не сумел сделать в Риме. Фрагмент целиком построен на использовании структуры Past Subjunctive: I wish I’d done this or that.

Жаль, что у меня не получилось сплавиться по Тибру из Умбрии до самого Рима.

Жаль, что мы не пригласили в гости Марию, у которой покупали пасту. Она называла Генри Энрико, брала его на руки, носила по магазину, показывала прилавок и все остальное.

Жаль, что я не успел попросить благословения Папы Иоанна Павла II для моих близнецов. Состояние здоровья Римского Папы, конклав, избравший последователя на папском престоле после его кончины, являются важной сюжетной линией книги. Кульминационной точкой становится ухудшение здоровья Папы, когда тысячи паломников со всего света с молитвами спешат в Рим, и его кончина спустя несколько дней, 2 апреля 2005 года.

Автор так и не увидел снегопад в Риме, не постоял с близнецами под окулюсом в Пантеоне, подставив лица снежинкам. Но жена ему сказала, что это к лучшему, пусть это останется в памяти как Чудо.

Рекомендую книгу как чудесное летнее чтение и зову рассказать о прочитанном!