Популярные сообщения

среда, 11 ноября 2026 г.

Вкусы Италии пополам с приключениями

Чтобы распробовать Италию на вкус, лучшего места, чем Фьюджи, наверное, не найти. В маленьком городке близ Рима в провинции Чочария делают ставку на традиции, сезонность и местные продукты. Это простая сытная кухня, в основе которой дары природы, мясо, сезонные овощи с фермерских рынков и обилие домашней пасты. И это не маркетинг, а часть образа жизни.



В октябре во Фьюджи, несмотря на комфортную погоду, практически все заведения закрыли летний сезон и кормили внутри. К моему глубокому сожалению, потому что восхитительные виды на горы и долину перестали быть частью трапезы. Некоторые eateries, расположенные в старинных зданиях, вообще не имеют окон. Как семейная остерия "Del Gallo"* на восемь столиков, единственной целью которой является вкусно накормить. Декором служат винтажная мебель и утварь, и много петухов в разных обличьях. У них по-прежнему нет печатного меню! Хозяин Алессандро подходит к столу со словами "Menu vocale" и начинает перечислять блюда – все из локальных продуктов «нулевого километра». Пока гости уплетают закуски, делается паста, а мясо прямо в зале на открытом гриле. Благозвучнее бы звучало «наслаждаются закусками», однако разносолы в виде запеченных перцев, прошутто, маринованной цветной капусты, сыра с луковым вареньем, брускетты с чесноком и еще 2-3 вкусностей улетают в мгновение ока. Подается без затей, по-домашнему, но ведь само перечисление разыгрывает аппетит, не правда ли?






В отличие от" Del Gallo", который не озабочен имиджем и рекламой, популярный "Del Castello" в старом городе перекочевал в ранг ресторанов. Посуда с логотипом заведения, свечи, графинчик с маслом и уксусом в одном флаконе добавляют флер, и кухня на высоте. Но рассчитываешься теперь у кассы, а ведь их изюминкой была подача счета в книгах: в сборнике сонетов или альбоме "Микеланджело".






За фруктами во Фьюджи мы ходим к милейшей синьоре Терезе. Она держит небольшой магазинчик, где продает овощи с грядки и фрукты с дерева. Никогда не сидит сложа руки: сортирует, раскладывает, пакует, распределяя внутри отборные спелые плоды, а на улице – нестандарт по еврику за килограмм. Свежайшие персики, виноград, сливы, которые еще утром росли на лозе и деревьях, она немедля собирает тебе в бумажный пакет, дает сдачу и желает "Buonа giornata"! Быстро, без лишних слов, ей некогда разглагольствовать – у нее работа! Вспоминаю ее, когда захожу за фруктами в ближайшую овощную лавку: здесь «синьора» никогда не здоровается и не отвечает на приветствие. 


Праздник поленты во Фьюджи мы не застали, уезжали накануне. Но саму поленту – кашу из кукурузной муки с сыром – пробовали не раз: в качестве гарнира к оссобуко или в антипасти мисто, том, что подается в начале обеда, пока готовится горячее. 




Путь из Фьюджи на озеро Комо с тремя пересадками получился довольно нервным. За исключением автобуса до Рома Термини, когда ехали по расписанию, любуясь горными пейзажами под пасмурным небом. 




А железная дорога в тот день дружно чинила препятствия. Сначала поезд Trenitalia из Рима простоял в Болонье, и мы с тревогой следили за табло; цифры прибытия в Милан менялись каждые две минуты. В итоге поезд на Монцу ушел, нас не дождавшись. К счастью, дежурная по вокзалу нашлась в мгновение ока, отправила на электричку до Локарно без обмена билетов, велев выйти на третьей остановке и пересесть на любой региональный до Комо. Что мы и сделали буквально вприпрыжку, увидев по прибытию на соседней платформе поезд с табличкой «Комо». Усевшись, выдохнули с облегчением и решили, что добрались. Too soon!







Комо-Сан-Джованни выглядел покинутым: ни людей, ни такси, ни автобусов, ни справочного бюро. Ничего, кроме рекламы местного футбольного клуба. Оказалось, в городе шла велосипедная гонка, из-за чего дороги были перекрыты, а нам пришлось пешком кругами шагать до отеля, подбадривая гонщиков и самих себя.








Представляете, какими усталыми и голодными мы были? После завтрака в отеле во Фьюджи в 7.30 утра и пары персиков от синьоры Терезы? Вечер безумного дня закончился в энотеке, которую посоветовал шустрый Андреа на ресепшене.  «Сколько минут пешком?», переспросила я. – «Не больше 5», заверил он. Проворная хозяйка заведения, совмещающего функции винного магазина, бара и дегустационного зала, дала короткий листок с меню. Все без исключения выглядело соблазнительным, а выбранные озерная рыба и паста выше всяких похвал! Паста оказалась культовым блюдом Ломбардии под названием казончелли – разновидностью равиоли, с нежнейшей начинкой и соусом.




Открытием на озере Комо стали пьядинерии – кафе, где главным блюдом выступает тонкая пресная лепешка пьядина, отличный вариант стритфуда. Замешанную на воде, муке и масле, ее обжаривают на сковороде или на гриле, и заворачивают внутрь что угодно. В Белладжио у пьядинерии стояла очередь перекусить, а в Комо в них включено меню завтраков.






Остальное в гастрономическом плане здесь мало отличается от других регионов. Разве что больше рыбы, пасты с морепродуктами, а вместо популярного в Лацио Чезанезе предлагаются Пино Неро и другие местные вина. 







суббота, 7 ноября 2026 г.

"Три сестры" МДТ: подлинный Чехов

Дерево засохло, но все же оно вместе с другими качается от ветра.

(А.П. Чехов, «Три сестры») 

Если вы до сих пор не любите Чехова, вы не видели его в постановке Льва Додина в Малом драматическом театре. Додин, который считает Чехова главным автором МДТ, поставил все его пьесы. «Три сестры», самая сложная, может быть самая дисгармоничная его история, по словам режиссера, вылилась в удивительно целостный, гармоничный спектакль. После премьеры в 2010 году он получил ряд театральных премий, в том числе, в номинации «Событие сезоны», объехал полмира и был восторженно принят европейской публикой и критиками. 



Здесь было бы уместно напомнить сюжет, однако особенностью пьесы является отсутствие фабулы в привычном понимании слова. Как вывел Немирович-Данченко в работе над ней: «Фабула – дом Прозоровых. Жизнь трёх сестёр после смерти отца, появление Наташи, постепенное забирание всего дома ею в руки и, наконец, полное торжество ее и одиночество сестер». Событийность в «Трех сестрах» отступает на второй план. Несравненно важнее мысли и чувства героинь, их чаяния о возвращении в Москву, на Старую Басманную, с чем связаны не только воспоминания о счастливом беззаботном детстве. Это символ осмысленной, интеллигентной жизни вместо их сегодняшнего прозябания.

При практически бездейственном характере пьесы Додину удалось создать зрелище, которое не отпускает и после спектакля. Главным его достоинством является глубокое точное прочтение чеховского текста. Особенно в нынешнюю пору постмодернистских вариаций, где режиссеров зачастую больше интересует эгоцентричное самовыражение, чем работа с текстом. Текст пьесы предстает в полном объеме за исключением двух эпизодов. Включая авторские ремарки с описанием жестов и нарядов героинь.




Александр Боровский воплощает великолепную сценографию: дом Прозоровых с оконными проемами без стекол и крыльцом, спускающимся в зрительный зал. Темный фасад дома с каждой новой картиной приближается на некоторое расстояние к авансцене, сужая жизненное пространство сестер по мере того, как Наталья становится хозяйкой и берет власть в свои руки. Движение фасада может предвещать и приближение к пропасти, памятуя растущие неоплаченные долги брата.




А на сцене единый актерский ансамбль. Это не талантливая игра отдельных исполнителей, а именно ансамбль уникальных актерских индивидуальностей, который вдыхает жизнь в авторские строки, органично сосуществуя в чеховском пространстве. Подполковник Вершинин (Игорь Черневич) рассуждает о светлом будущем, проживая свою жизнь «начерно» с неуравновешенной женой и двумя дочерьми. Маша (Елизавета Боярская) глубоко несчастна в браке, выйдя замуж в 18 лет. «Что-то прелестное есть в выражении ее глаз, что-то умное и вместе страдальческое» – говорит о ней муж Кулыгин (Сергей Власов). Он любит свою жену и пытается убедить окружающих и самого себя, что их брак идеален. Ольга, Ирина, доктор Чебутыкин, нянька Анфиса... 

На мой взгляд, второй спектакль Льва Додина из чеховского наследия, который я посмотрела в Малом драматическом, представляет подлинного Чехова. Такого, какой он есть в своих текстах, без чьих-либо измышлений. Впервые я прочитала «Три сестры» в школе, мало что понимая тогда, как я теперь осознаю. Но именно эта пьеса тронула восприимчивую юную душу. Утраченными иллюзиями? Упущенной любовью? Невозможностью бороться с судьбой? Не знаю, но чем-то зацепила.

Закончу рядом фраз, которые повторяются теперь в памяти.

В этом городе знать три языка ненужная роскошь. Даже и не роскошь, а какой-то ненужный придаток, вроде шестого пальца. Мы знаем много лишнего.

«В какой-то семинарии учитель написал на сочинении «чепуха», а ученик прочёл «реникса» – думал, по-латыни написано».

Когда читаешь роман какой-нибудь, то кажется, что все это старо, и все так понятно, а как сама полюбишь, то и видно тебе, что никто ничего не знает и каждый должен решать сам за себя… Милые мои, сестры мои…

Музыка играет так весело, так радостно, и, кажется, еще немного, и мы узнаем, зачем мы живем, зачем страдаем… Если бы знать, если бы знать!


***