«Чайка» МДТ: театральное пиршество

«Чайка» была единственной пьесой Чехова, которую мы изучали в школе, и это было нечто скучное, гнетущее и чуждое. Чехова-драматурга я начала узнавать в студенческую пору по театральным постановкам: «Вишневый сад» на Таганке с Аллой Демидовой в роли Раневской, «Чайка» в театре Маяковского с Татьяной Дорониной-Аркадиной и Евгенией Симоновой-Ниной Заречной, где больше всех запомнился доктор Дорн в исполнении Юрия Горобца. До любви к Чехову оставалась целая жизнь.

И на «Чайку» в Малый драматический театр шла с предвкушением не столько спектакля, сколько визита в театр, который уже запал в душу*. Перед началом озадаченно смотрела на лодки на открытой сцене, недоумевая, как актеры будут эквилибрировать в этом маленьком пространстве.

И они в самом деле выходят по одному, пробираются, балансируя, каждый к своему суденышку, чтобы смотреть пьесу Константина Треплева. Уже эта картина с лодками задает узнаваемую чеховскую атмосферу, где герои остро переживают свое одиночество, надеются на счастье, любовь, взаимность, понимая обреченность всех устремлений. Метафора поиска опоры в фатальном плавании под названием «Жизнь». Как произносит здесь Сорин: Хочешь — не хочешь, живи...

Спектакль начинается со спектакля, с того самого монолога, помните? «Люди, львы, орлы и куропатки...». Нина Заречная (Анна Завтур) в мечтах о сцене читает написанный для нее Константином текст, Треплев (Евгений Зайфрид) надеется сказать новое слово в театре, чтобы обрести имя, доказать, что он не только сын Аркадиной. Но в первую очередь он мечтает доказать матери, что достоин ее любви.

https://mdt-dodin.ru/plays/premier/

Дальнейшее действие разворачивается в этих лодках. Додин сократил число действующих лиц, отдав реплики одних персонажей другим. Он филигранно поработал с текстом пьесы, полностью сохранив сюжет и смысл. Роль Дорна, эдакого Сократа от медицины, передана брату Аркадиной Сорину (Сергей Курышев). Он так же рассудителен, пытается примирить окружающих, большинство слов доктора звучат из его уст. Центральной же фигурой, практически автором пьесы, становится Тригорин (Игорь Черневич). Он не выпускает из рук записную книжку, а когда его спрашивают, что он пишет, зачитывает только что произнесенный диалог. Звездой, приковывающей к себе взгляды, царит на сцене Аркадина в блистательном исполнении Елизаветы Боярской.

https://mdt-dodin.ru/plays/premier/

https://mdt-dodin.ru/plays/premier/

Аркадина прежде всего актриса, это первостепенная ее сущность. Быть матерью и выполнять другие социальные роли для нее менее важно. В одной сцене она вдохновенно читает монолог Маши из «Трех сестер»: «Милые сестры, я люблю, люблю, люблю этого человека». Да, режиссер вставляет фрагмент другой чеховской пьесы, что вполне оправданно, Аркадина может получить такой ангажемент. Она заканчивает монолог романсом «Нет, не тебя так пылко я люблю» своим необыкновенным, низким с обертонами, голосом. Столь же чисто и пронзительно она поет в другой мизансцене колыбельную, меняя повязку на голове сына.

Пение дополняет сдержанный звуковой ряд спектакля: плеск воды да вскрики чаек, которые издают герои по ходу действия. Лейтмотивом становится вальс Штрауса «Прекрасный голубой Дунай».

После первого действия на сцену опускается занавес с заплатами, который напомнил мне залатанный парус старика Сантьяго Хемингуэя. Как «знамя наголову разбитого полка». Во втором действии лодки вверх дном похожи на надгробия. Зыбкость начала, подчеркнутая шатающимися лодками, оборачивается жертвами и утраченными надеждами. «Холодно, холодно, холодно. Пусто, пусто, пусто. Страшно, страшно, страшно». Больше нет ярких нарядов Аркадиной, провокативных поз Нины, к финалу Аркадина-Боярская появляется практически без грима.

Я смотрела спектакль, не шелохнувшись. В антракте осознала, что хрестоматийная история из школьного учебника пятидесятилетней давности не наскучила ни на секунду. И нужно непременно попасть на все спектакли Додина по Чехову! Талантливый режиссер способен вдохнуть жизнь в любой текст. Согласны?

*Какое время, такие и герои?

Знакомые тексты в театральном прочтении

Анна Каренина в тропиках

Как бы вы отреагировали на такое название в афише? Признаться, я несколько напряглась. Подзаголовок «русская драма в латинских ритмах» мало что прояснял, но когда кассир в театре им. В.Ф. Комиссаржевской сказала, что действие разворачивается вокруг чтения романа Толстого, мы сразу купили билеты. 

Спектакль начинается с появления старой кубинки в черном, которая не значится в списке действующих лиц пьесы Круза. Она рассказывает на испанском и русском, что действие происходит на табачной фабрике во Флориде, где работают кубинские эмигранты. Эффектно закуривая сигару, она со вкусом вдыхает дым, и насыщенный аромат кубинских сигар распространяется в зал. Впервые в жизни я смотрела спектакль с подключением не только зрения и слуха, но и обоняния. Кармела в сюжетных коллизиях не участвует, она с пониманием и сочувствием наблюдает за происходящим, не расставаясь с сигарой до финала.

А интрига задается с петушиных боев, где мужчины азартно делают ставки. Один из них, владелец фабрики Сантьяго, проигрывает, и берет в долг у сводного брата, давая клятву вернуть деньги. Параллельно три женщины в белом, затаив дыхание, ждут прибытия корабля, на котором приезжает новый чтец.

Оказывается, традиция нанимать чтецов появилась на одной табачной фабрике в Гаване в 1865 году. Изначально это был некий способ ликбеза – повышать культурный уровень рабочих во время монотонного труда. Я с удивлением узнала, что профессия чтеца существует до сих пор, и стала частью кубинского культурного наследия. Чтец читает вслух газеты и художественную литературу, торседоры – крутильщики сигар – слушают великие произведения Сервантеса, Шекспира, Дюма, Гюго, благодаря чему появились знаменитые марки кубинских сигар «Монтекристо», «Ромео и Джульетта», «Санчо Панса». 

Великий роман Толстого становится полноправным действующим лицом спектакля. Сразу по приезду, когда чтец знакомится с Офелией и ее дочерьми, он сообщает, что привез много книг, но для начала выбрал Толстого, роман «Анна Каренина». «Романтическая история?» – интересуется младшая дочь Марела. «Да, весьма», утверждает Хуан Хулиан и читает первую фразу. Помните? «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». На сцене повисает тишина. Зал буквально чувствует, как резонируют слова Толстого в душе каждого. 

И вот опускаются лампы, на сцене появляются столы, и начинается привычная работа. Скручивая сигары, сотрудники фабрики слушают текст, который постепенно завладевает их сознанием. Важно отметить, что текст звучит не только в исполнении чтеца, но и тех, кто берет книгу, иногда без спроса. Заинтересованно, эмоциально они читают, обсуждают поступки героев, проецируя на себя, и так или иначе проживают их судьбу. 

Действо на сцене наполнено страстью и чувственностью, накал которых подогревается звуками и видеоэффектами. В визуальном ряду клубы дыма, много белого, и ярких красок. На их фоне Каренин в строгом костюме, застегнутый на все пуговицы, выглядит инородным телом. Это еще один введеный постановщиком Александром Баргманом персонаж, которого нет в оригинале. Помимо кубинских ритмов, то и дело слышится стук колес, напоминая о надвигающейся трагедии. 

Спектакль показался мне крутым замесом Кармен, Вишневого сада и Анны Карениной. А имя чтеца Хуан Хулиан отсылает к еще одному литературному герою – Дон Жуану. Деталей не раскрываю, я и так сказала слишком много. Пьеса-первоисточник американского драматурга Нило Крузо «Анна в тропиках», удостоенная Пулитцеровской премии, доступна онлайн. Рекомендую к прочтению! 

Тексты улиц, Питер. Продолжение

Продолжение, судя по всему, вырастает в новый цикл. Город щедр на имена, события, хотя мне не нравится присвоенное Петербургу звание культурной столицы, словно в других городах эта самая культура отсутствует. Но здесь любая подворотня и даже автобусная остановка могут оказаться культурным объектом.

В мае Петербург отметит свой 323-й день рождения. Исторический центр Санкт-Петербурга, включенный в список Всемирного наследия ЮНЕСКО (информацию о чем встречаешь на берегу у Петропавловской крепости), постоянно реставрируется. На этот период здания покрывают защитными материалами – пленками, сетками или фальшфасадами на баннерных полотнах. Мера необходимая, несмотря на неудобства, и даже здесь город не забывает о просветительской функции.

Так, часть фасада Исаакиевского собора, подлежащая реставрации, скрыта на это время за забором. И чтобы он не портил облик великолепного здания Монферрана, на нем разместили газеты времени Великой Отечественной войны.

Прославленные отели на Исаакиевской площади вызывают в памяти не только имена литераторов, которые там останавливались: Сергея Есенина или Герберта Уэллса. Последний трижды приезжал в нашу страну, встречался с Лениным, Сталиным, и написал книгу «Россия во мгле». В моем сознании «Англетер» ассоциируется со стихами Маршака, которые помню с детства:

Мистер Твистер, бывший министр,

Мистер Твистер, миллионер,

Владелец заводов, газет, пароходов,

Входит в гостиницу «Англетер».

Библиотеки в Питере – научные, театральные, взрослые, детские, мобильные – есть в каждом районе и любом торговом центре.  

В Павловском дворце, который вместе с другими прославленными пригородами носит статус Всемирного наследия ЮНЕСКО, библиотека приводит в восторг не только книжными раритетами, но и внешним обликом. Она была построена Карлом Росси. По его проекту выполнено и мебельное убранство из волнистой березы с резными накладками, окрашенными под античную бронзу.

Петропавловская крепость превратилась в солидный музейный комплекс. Помимо грандиозного собора, она привлекает посетителей всевозможными выставками, а также местами для фотосессий. В Масленицу там были гуляния, на Китайский новый год – инсталляция традиционных фонарей, драконов и прочих мифологических существ, а сейчас готовится празднование Дня космонавтики.

Постоянная экспозиция тюрьмы Трубецкого бастиона в Петропавловке рассказывает об условиях содержания там политических заключенных. Вы слышали про азбуку для перестукивания? В строжайшей системе одиночного заключения, при полной изоляции заключенного от других арестантов, она была единственным способом связи с миром и, наверное, сохранения рассудка.

Недалеко от диспропорционального памятника Петру I на центральной аллее Петропавловки расположились 12 стульев, подарок родному городу петербургского художника по металлу Валерия Галкина. Куда-то задевались фотографии, вот зазеленеет, сделаю и обновлю пост. Разной формы, с яркими стеклянными вставками, стулья стали излюбленным местом для отдыха и селфи.

Из околотеатрального чтения зацепили взгляд жанры спектаклей всех мастей, порой не совпадающих с первоисточником. А на стенах фойе БДТ будоражат реплики Товстоногова. К слову, память о своем Мастере в авторских театрах по-настоящему сохраняется не так часто. Я видела это в БДТ, в театре-мастерской Петра Наумовича Фоменко, в Ленкоме Марка Захарова и в театре им. Ленсовета, где творил Игорь Владимиров.

А под финал упитанный полосатый кот, который вел себя как хозяин в кассе дома на Мойке, 12. Он вспрыгнул в одно окошко, посидел под объявлением о путешествии с котом ученым по Пушкинскому Петербургу, прошествовал по бумагам и вышел в другое окошко. Кассирша рассказала, как испортился подобранный в соседнем дворе питомец, который потерял хозяина. Музей взял его на полное довольствие, с питанием и ветосмотрами, и он стал совершенно бесцеремонным!

Апрельского вам настроения, зову делиться впечатлениями.

Тексты улиц

Тексты улиц. Питер

Идем в полночную библиотеку

 

Те, кто любят книги, не пропустят эту уже из-за названия. Интригует, не правда ли? Несколько насторожил эпиграф с цитатой Сильвии Плат; ее имя ассоциируется с депрессией и суицидом. И вот первая фраза:

За девятнадцать лет до того, как Нора Сид решила умереть, она сидела в теплой маленькой библиотеке в школе Хейзелдин в городе Бедфорд.

Слова о самоубийстве вместе с описанием уютного пространства создают парадоксальное впечатление. Озадаченный, ты продолжаешь читать первые главы, которые начинаются с той же фразы: за 27 / 9 с половиной / 5 часов до того, как Нора Сид решила умереть…

Этот зачин пунктирно характеризует автора и дает толику представлений о состоянии героини. Совсем немного, потому что рефрен о ее решении говорит сам за себя. Когда же Нора понимает, что настало время умереть, она оказывается в здании, где вместо стен поднимаются книжные полки до потолка. На часах 00:00:00, это та самая полночная библиотека.

Здесь стоит пояснить жанр: на стыке психологического романа и фантастики о попаданцах. Эта книга стала моим первым знакомством с популярным сейчас направлением. Однако, попадает героиня ни в прошлое, будущее, и ни в космос, ни в ад, рай, и ни в чистилище. Куда? Узнаете, когда прочтете сами.

Вы верите в мультиверсум? Что реальность, в которой мы живем, не единственная в мироздании? Что есть другие миры, в которых мы проживаем другие жизни? В них мы более счастливы и успешны, воплотили свою мечту, реализовались в различных ипостасях. Казалось бы, чего еще желать?

Книга заставляет задуматься о важности каждого мгновения и поступка, о том, как они могут перевернуть судьбу. Она напоминает о безграничных возможностях, которые предоставляет нам жизнь.

Нетривиально написанная, она притормаживает и велит вчитаться:

·      Пока есть книги на полках, ты не можешь быть в ловушке. Каждая книга – возможность бегства.

·      Настоящее откровение – обнаружить, что место вашего спасения и есть то самое, из которого вы бежали. Что тюрьма – это не пространство, а образ мыслей.

·      Жизнь не нужно понимать. Ее нужно просто жить.

Книга делится на главы от страницы до десяти, с любопытными в большинстве случаев, названиями. Например: Зачем желать другую вселенную, если в этой есть собаки; Подкаст откровений; Серебряный поднос с медовыми пряниками; Бог и другие библиотекари; Жемчужина в раковине; Жизнь, смерть и квантовая волновая функция. Встречаются главы, названия которых длиннее текста.

Глава ближе к финалу представляет некое резюме. Она называется «Что я узнала (написано той, которая побывала всеми)» и запоминается многими сентенциями.

…Легко сожалеть о том, что не сделал. Мы не можем посетить все места на планете, освоить все профессии, но то, что мы бы чувствовали в каждой жизни, нам доступно. Нам не нужно играть во все игры подряд, чтобы понять, каково это – побеждать… Любовь, и смех, и страх, и боль – универсальные валюты. Нужно лишь… 

Закончите мысль? И захотите ли открыть книгу Мэтта Хейга «Полночная библиотека»?