Вокруг балета

– обозначили бы тему сегодняшнего поста в программе “Своя игра/Jeopardy”. Так случилось, что в течение недели я посмотрела три спектакля в двух лучших оперных театрах мира: миланском Ла Скала и Мариинском в Санкт-Петербурге. В столь спрессованный отрезок времени впечатления становятся особенно яркими, а сравнения неизбежными.

La Scalla

Мариинка-2 

“Эксельсиор” во многом разрушает стереотип представления о балете как хореографической сказке. По сути, зрителю предлагается история цивилизации, которая удивляет появлением на сцене пароходов, изобретателей электричества, строителей Суэцкого канала. Подробное либретто можно свести к фразе: борьба прогресса и невежества путем демонстрации достижений человеческого разума. Прогресс воплощается символическими героями по имени Свет, Слава, Изобретение, которым противостоит Обскурантизм – то самое зло, что препятствует торжеству науки. Ему, кстати, отданы наиболее эффектные хореографические партии.

В свою очередь, “Корсар” являет публике чудную балетную классику с лирической историей любви, восточной экзотикой и грандиозными па-де-де главных героев. Те, кто читал поэму Байрона, согласятся, что она служит превосходным источником для либретто. Пластика развивает ее романтический сюжет с переодеваниями в дервишей и прекрасными наложницами Сеид-паши. Представляете, каким живописным местом для дивертисмента может стать невольничий рынок или пещера корсаров?

Вот здесь надо уточнить: “Корсар” смотрела в просторной Мариинке-2, а “Эксельсиор” в единственном зале La Scalla, сохраняющим, как, впрочем, и старая сцена Мариинского театра, атмосферу культурной Мекки. Новая сцена Мариинки в мраморе и кристаллах Сваровски полна света и воздуха, здесь есть уютный амфитеатр для камерных представлений, и в целом, развитие театра, безусловно, заслуживает оваций.

Но есть нечто, что не под силу сотворить лучшим дизайнерам и уникальным технологиям. У исторического театра есть душа, как у намоленного храма, взращенная на протяжении многих поколений. Ее сложно описать, но прочувствуешь непременно. Классическая отделка в бархате и золоте, на мой взгляд, лучше настраивает на восприятие спектакля. А пластиковое подобие занавеса не идет ни в какое сравнение с бархатной кулисой, из-за которой солисты выходят на поклон.

В таких театрах существует рекомендуемый, но не обязательный дресс-код. В Ла Скала я заметила всего несколько зрителей в стиле casual, видимо, туристов, которые не планировали это посещение. Там не звучит перед спектаклем просьба выключить мобильные телефоны, зато спинки кресел снабжены мониторами, где даются некие инструкции, и транслируется текст оперы в переводе с итальянского. И даже билетеры с работниками кафе носят импозантную униформу.  

На такие размышления навеяли эти три увлекательных и неоднозначных спектакля. Это мое видение, готова выслушать возражения и протесты, и, конечно, рассказы об увиденном!

Что происходит, когда заканчивается сказка?

Задумались? Когда заканчивается сказка, наступает время для наших фантазий. Может быть и так. Но только не сказка про Алису! Она не заканчивается, она живет себе и живет. 

К 150-летию лучшей сказки всех времен и народов в московском особняке Салтыковых-Чертковых открылась Выставка Чудесатостей. Почему именно здесь? Да потому что Льюис Кэрролл был здесь в библиотеке во время поездки в Россию – единственного своего путешествия за границу! 
Сказка начинается сразу: в воротах гостей встречает Белый Кролик, а перед входом приветствует Червонная Королева.

Едва переступив порог, ты оказываешься в мире удивительных героев, с которыми Алиса встречалась в стране чудес. Чеширский кот улыбается из зеркала; мышь рассказывает длинную историю с хвостиком; птица Додо, герцогиня, ящерка Билл, Шляпник и все-все-все предстают в самых разных обличьях. Устроители не ограничились воссозданием истории девочки, поспешившей за кроликом в нору. Они творят мир Алисы всеми возможными средствами и предлагают почитать, поиграть, порисовать, стать участником безумного чаепития, раскрасить розы, примерить наряд героя, сделать вместе с Алисой очередной ход... Одним словом, море удовольствий вместо моря слез. Хотите посмотреть?)))

Как вы поняли, возрастное ограничение на выставке 0+. Детям здесь раздолье: малыши с родителями путешествуют по следам Алисы (Помнишь, Алиса застряла в домике Белого Кролика?), а ребятишки постарше находят развлечения сами. 

Не до конца отреставрированный особняк превосходно вписался в причудливый мир Алисы. Думаю, если бы резьба и лепнина сверкали новизной, атмосфера книги не была бы столь ощутимой. Зал с камином Врубеля (посмотрите, какая красота!) предстает раем для селфиистов – здесь можно водрузить корону Дамы Червей, сфотографироваться на ее троне, примерив на себя разные роли. И витражи, привезенные из графства Чешир, выглядят в этих интерьерах абсолютно уместно и  органично.

  

Что мне невероятно понравилось, это нежное отношение к тексту книги. Цитаты представлены в изобилии, и почитатели Алисы чувствуют себя на выставке почетными гостями, смакуя знакомый текст вновь и вновь.

Выставка заново подтверждает: история про Алису жива – живее некуда! Она любима и навсегда останется источником вдохновения. Как она вдохновила Вивьен Вествуд превратить в сказку витрину своего бутика в Лондоне. Может, ее вечную молодость и озорство объясняет любовь к Алисе? Как вы думаете?

Перефразируя Бегбедера

Что такое идеальные каникулы? Это каникулы, которые хочется повторить от первого до последнего дня. А вот чем они наполнены, каждый представляет по-своему. Лично мне на отдыхе необходимы впечатления, яркие и разнообразные; помните, как в калейдоскопе? Узор всякий раз иной, неповторимый!

Поэтому маршрут путешествия планирую так, чтобы отдохнуть не только физически, но и послушать музыку: оперу или орган в храме; побродить по галереям, изучить достопримечательности… Так, чтобы помимо must list, открыть то, что интересно лично мне.

Венская опера

Утомленные живописью в Прадо 

музей Рене Магритта в Брюсселе

Как, например, оказавшись в Севилье, отправиться в Гранаду исключительно ради Альгамбры, воспетой Вашингтоном Ирвингом.  

А насытившись культурой, предаться лени. Или заняться спортом – делать то, что захочется в этот миг. Ключевая фраза: то, что хочется! 

пляжный волейбол в центре Дрездена 

концерт на Барселонете 

Но самое главное в отпуске – читать вволю, несколько книг одновременно. Кстати, для этого необязательно уезжать за тридевять земель. На скамейке в парке, на пляже в шезлонге, в любимом кресле, неважно. Главное, читать то, что хочется!

книжный магазин "Shakespeare" в Праге

Желаю вам отличного отдыха и книжек, от которых не оторваться!

А что входит в ваши идеальные каникулы?

Летние ассоциации

Ура, наконец, оно вступает в права! Собственно, по календарю лету сегодня день двадцатый, но июнь в университете это сущее сумасшествие – сессия, конец года – совсем не до отдыха! Спасибо талантливому читателю, процитировавшему на днях “Вино из одуванчиков”; настала пора летних литературных ассоциаций. Попробуем вместе?

Пожалуй, мой самый яркий образ лета выглядит так:

Над ручьем весь день
Ловит, ловит стрекоза
Собственную тень.

Свобода в абсолюте, мечта посвятить время самому себе, когда ты уходишь на каникулы, – выразить лучше невозможно. Столь же беззаботно звучат другие трехстишия, что приходят на ум.

Островки… островки…
И на сотни осколков дробится
море летнего дня.

***
О, сколько их на полях!
Но каждый цветет по-своему –
В этом высший подвиг цветка!

***

Чтоб забыть о жаре,
нарисую-ка я, пожалуй
хоть снег на Фудзи!

Какие строки приходят вам в голову при слове “жара”? Я вспоминаю знойный остров в “Повелителе мух”, где джунгли держали жару, как баня. И следом другой остров – Робинзона Крузо. Помните, в яркий солнечный день он отправился исследовать земли и набрел на берег, где в изобилии водились разнообразные птицы, а песок был усеян черепахами? Он понял тогда, что судьба выбросила его в самую неудачную часть острова, но переселиться в плодородный край не захотел. Прожив два года в тех своих владениях, он воспринимал их уже как дом, куда радостно возвращаться.

Берег Робинзона воскресил в памяти Лазурный берег, начало романа “Ночь нежна“. В ослепительный солнечный день Розмари на пляже наблюдает за очаровательной компанией, центром притяжения которой был мужчина в жокейском кепи. Она идет купаться, вода подхватила ее, спрятала от жары, а потом волны понесли ее к берегу.

Сразу вспоминаются необыкновенные “Волны” Вирджинии Вулф – роман, где описанию моря отданы начала каждой главы. В разное время суток; утром, когда море сливается с небом, потом солнце поднимается выше, и синие волны, зеленые волны веером накрывают берег, проливают мелкими лужами свет на песок. Эту книгу надо читать тем, кто не в состоянии сию минуту отправиться на море. Читаешь и буквально ощущаешь ритм волн, которые покачивают как ласковые руки матери.

В памяти роятся многие страницы, живописующие прелести лета. Как в любимом романе Айрис Мердок “Монахини и солдаты”, когда Тим из неприветливого Лондона уезжает во Францию и живет отшельником в заброшенном доме, чувствуя себя властителем просторов.  

Он стоял на веранде «Высоких ив» и смотрел на небольшую долину, простиравшуюся внизу. Буйно разросшаяся трава перед домом, явно кошенная последний раз в прошлом году (назвать это лужайкой язык не поворачивался), пестрела голубыми цветами, очень похожими на кисти гиацинтов, только поменьше. Над поляной, как постоянно живое конфетти, висело трепещущее облако крохотных синих бабочек, еще более крохотных коричневых мотыльков и бесчисленных пчел. Солнце было еще не слишком жгучим, дневная жара и звон цикад были еще впереди. За поляной склон спускался к неухоженной оливковой роще… 

И, конечно, шекспировский “Сон в летнюю ночь” – напоминание о том, что летом случаются волшебные метаморфозы, ведь в чашечках цветов дремлют эльфы, которые могут наколдовать любые чудеса...

Весенние ассоциации 

Осенние ассоциации

Зимние ассоциации