И море, и Гомер – все движется любовью

Второй день под впечатлением, повторяю эту и другие строки Мандельштама. Наш студенческий театр подготовил поэтический вечер, посвященный его творчеству. Так обозначено в приглашении, хотя, по сути, они сотворили настоящий спектакль.

Задумка по форме проста – рассказать о судьбе поэта, перемежая сухие факты биографии письмами, воспоминаниями и стихами. Но как же сильно они сыграли!

Действие начинается с драматического эпизода в жизни Мандельштама, ссылки во Владивосток, которую он не пережил. В роли поэта выступают сразу трое юношей. Один за другим они выходят и читают письмо, адресованное брату и жене: Из Москвы, из Бутырок этап выехал 9 сентября, приехали 12 октября…. Истощен до крайности... Очень мерзну без вещей. Родная Надинька, не знаю, жива ли ты, голубка моя…

После этого в ретроспекции прослежены основные вехи жизненного пути. Знакомство с Ахматовой, Блоком, Пастернаком, увлечение акмеизмом, поездки по стране после революции в качестве работника Наркомпроса, и, конечно, стихотворение «Мы живем, под собою не чуя страны», названное Пастернаком актом самоубийства, после которого Мандельштам был арестован.

Но главная, солирующая партия в спектакле принадлежит стихам, которые иллюстрируют действо и задают настроение.

Нежнее нежного

Твое лицо,

Белее белого

Твоя рука.

***

Мне на плечи кидается век-волкодав,

Но не волк я по крови своей,

Запихай меня лучше, как шапку, в рукав

Жаркой шубя сибирских степей.

***

Я вернулся в мой город, знакомый до слез,

До прожилок, до детских припухлых желез.

Ты вернулся сюда, так глотай же скорей

Рыбий жир ленинградских речных фонарей…

 ***

А теперь представьте, как это выглядело на фоне кирпичной кладки подвала! Актеры в черном, минимум декораций и света, все подчинено замыслу рассказать не только о судьбе поэта, но и постыдном эпизоде нашей истории на примере одного человека.

Кланяюсь актерам. Их игра и строки Мандельштама затронули душевные струны каждого. Меня они практически загипнотизировали, а зритель я искушенный. В некоторых местах я бы поменяла интонации, расставила бы акценты и добавила паузы. Как в строке, вынесенной в заглавие, чуть притормозить перед тире. Фраза – космос!

И еще. У меня, как, наверное, любого преподавателя литературы в наше время бывает ощущение, что я кормлю студентов опилками. Вколачивать в человека ненужные ему премудрости так же вредно, как кормить его опилками (Бернард Шоу). Что Шекспир и Байрон не достучатся до сердец поколения Инстаграм, взращенном на коротких текстах и преимущественно фэнтези. Но начинаются семинары, и ощущение постепенно улетучивается. То, как вчитались в биографию Мандельштама актеры студенческого театра, вселяет надежду. Спасибо!

P.S. Пост был бы иным, если бы выплеснула эмоции сразу после спектакля, но им нужно было устояться. И у меня зароились идеи, какие тексты прозвучат органично в подвальном пространстве. "Маленький принц", например...