Весенние ассоциации

Пока я готовилась к лекции и вычитывала дипломы (оставляю за скобками немилосердные мысли, посещавшие за сим занятием)), наступила весна! Щедро просыпанный недавно снег подтаивает, сосульки растут, воробьишки прославляют тепло дружным щебетом за окном. А значит, пришла пора весенних ассоциаций – литературных и не только!

Первое приходит на ум из детства: Ласточка весною в сени к нам летит! Причем не сами по себе стихи, а то, как их декламировал Мишка в попытках заглушить щенка в рассказе Носова “Дружок”. Премилая история, от одного воспоминания которой расцветает буратинистая улыбка!

А следом еще одна книжка того же ранга – “Девочка из города” и Валентинкина весна, где столько было впервые: ледоход на реке, печеные жаворонки, зеленеющие всходы на подоконнике и чужие люди, которые постепенно становятся ее семьей. 

Стихи отчего-то не приходят в голову. Осенней поэзией могу осыпать как листвой, а строки про весну? Только пастернаковские, а точнее, Юрия Живаго - "Март" и его же "Весенняя распутица": 

Огни заката догорали
Распутицей в бору глухом.
В далекий хутор на Урале
Тащился человек верхом.

Из дальних сундуков памяти, от которых, казалось, и ключ утерян, извлекается сама собой еще одна строка: Идет-гудёт Зеленый Шум, Зеленый Шум, весенний шум!

А потом возникает “Весна в Фиальте”, которую люблю у Набокова больше всего прочитанного. За пленительный стиль и историю любви, выраженную одной фразой: “Вновь и вновь она впопыхах появлялась на
полях моей жизни, совершенно не влияя на основной текст”. Эта фраза отпечаталась в мозгу, когда читала впервые.

В прочитанном недавно встретилось дивной красоты описание весны. Вот послушайте:

But from him, thus slumbering, his jealous Forsyte spirit travelled far, into God-knows-what jungle of fancies; with those two young people, to see what they were doing down there in the copse – in the copse where the Spring was running riot with the scent of sap and bursting buds, the song of birds innumerable, a carpet of bluebells and sweet growing things, and the sun caught like gold in the tops of the trees; to see what they were doing, walking along there so close together on the path that was too narrow…

А впрочем, разве это описание природы? Разве речь о распускающихся почках и живительных соках, которыми напоен воздух? Не пение птиц мы слышим, а бьющиеся в унисон сердца, невольно оказавшись свидетелями зарождения таинства любви. Точнее, влюбленности, ее самого сладостного, неповторимого и быстротечного момента…

Ковер, сотканный у Голсуорси из колокольчиков, материализовал в памяти усыпанные незабудками поляны в Переделкино в далеком мае. Мы от станции шли пешком через поле, на которое выходит окнами веранда дома Пастернака. То самое поле, которое, вероятно, навеяло финальные строки в его “Гамлете”:

Но продуман распорядок действий,
И неотвратим конец пути.
Я один, все тонет в фарисействе.
Жизнь прожить — не поле перейти.

Музей в его доме тогда только строился, но желающих впускали посмотреть. Там в шкафу теснились книги на разных языках с его закладками и множеством знакомых заглавий, особенно из Шекспира.

Любопытная штука – ассоциации. Само собой сплетается кружево. Или паутинка? Как в детской игре “нитка-иголка-узелок”, одна тянет за собой другую. А на дворе только 2-е марта!

Капель и лужи, апрель с днями рождения моих любимых подруг и любимого автора, буйный розовый цвет багульника – все еще впереди. Вдохновенной вам весны! Вспомнится строчка в тему – добро пожаловать!

Зимние ассоциации

Летние ассоциации

Осенние ассоциации