Нет повести прекраснее на свете…

Вот она, новая версия “Ромео и Джульетты”. Шла с некоторым опасением, что отвергну ее целиком, потому что фильм Франко Дзеффирелли задал совершенно поднебесную планку: соперничать с ним можно, победить – вряд ли. Первую часть фильма постоянно (и неизбежно!) сравнивала, и сравнения все были не в пользу новинки. 
Хейли Стайнфелд прелестна юностью, но в ней нет утонченности Оливии Хасси. Кстати, первое появление Джульетты, когда камера следует снизу, за развевающимся светлым платьем,  насторожило. Очень похоже на сцену в лабиринте в “Парфюмере”, попахивает плагиатом.

Бал в доме Капулетти живописен; великолепные костюмы, маски, но массовка остается лишь фоном, безликим пятном. А вспомните лица гостей, слушающих балладу “What is a Youth” у Дзеффирелли – каждое, словно со старинной гравюры! Саундтрек сравнивать вообще не стоит. Здесь он адекватен, местами звучат сочинения эпохи Возрождения, но музыка Нино Рота ге-ни-аль-на! Важнейшая сцена знакомства – первого eye to eye contact – не впечатляет, она словно не доделана. И первый поцелуй здесь, безусловно, проигрывает фильму Дзеффирелли, невозможно забыть крупный план глаз Оливии Хасси,  дух захватывает! А звучат в этой сцене в обоих фильмах те же строки:

Я осквернил святой алтарь – прости. Как два смиренных пилигрима губы. Лобзаньем смогут след греха смести…

И все же постепенно, подспудно фильм Карло Карлея вытеснил аналитика и захватил меня как зрителя, заставив следовать за этой историей, сотни раз прочитанной. Уж очень хороши подлинные Верона и Мантуя, никаким декораторам не под силу создать столь впечатляющие замки, мосты и площади. Очень понравился Бенволио – совершенное дитя, олицетворение своего имени, припухлое лицо которого отражает его чистые помыслы.

Но главным образом, захватил текст. Хорошо знакомые шекспировские строки завораживают, даже разбавленные отсебятиной сценариста. Пьесу изрядно редуцировали. Сократили замечательную роль балагура Меркуцио, лишили кормилицу шутовского начала, убрали дивный монолог Ромео о любви в самом начале, построенный на оксюморонах, помните?

И ненависть мучительна и нежность.

И ненависть и нежность – тот же пыл

Слепых, из ничего возникших сил,

Пустая тягость, тяжкая забава.

Нестройное собранье стройных форм,

Холодный жар, смертельное здоровье,

Бессонный сон, который глубже сна.

Вот какова, и хуже льда и камня,

Моя любовь, которая тяжка мне.

(пер. Б. Пастернака)

Но даже в столь упрощенном виде текст Шекспира, рассказанная им история пленяют душу. Хотя мне очень горько, что “Ромео и Джульетту” для поколения “Сумерек” нужно делать “доступной”. Так считает режиссер фильма Карло Карлей. Вы тоже так думаете? И что скажут представители поколения “Сумерек”?

A little bit of Louvre

Чтобы познакомиться с несметными сокровищами Лувра, нужно как минимум жить в Париже. Что же делать остальным, не столь благословенным любителям искусства? Можно пробежаться по знаковым экспонатам вслед за экскурсоводом, выслушав его беглые комментарии. Можно сделать то же самое с аудиогидом, задавшись целью успеть "поставить все галочки". Но что в этом случае останется, кроме пометы "я там был"? Может быть, не стоит стремиться объять необъятное? А просто погулять, останавливаясь по велению собственного взгляда? Попробую составить свой must see список, который можно одолеть за день.

1. Зал греческой скульптуры приведет в восторг даже небольших любителей этого вида искусства. Гармонией, совершенством линий, абсолютом пластики – всем тем, что зримо, и в эпитетах не нуждается.

click on a picture for a closer view

2. Интерьерная часть дворца, где расположены апартаменты Наполеона III. Роскошная отделка стен, изысканная посуда и предметы мебели, которые можно читать, как историю, но особое удовольствие – это представлять существование обитателей в этих интерьерах. Как и где они принимали гостей, устраивались с книжкой, пили чай…

3. Галерея Аполлона. Здесь, помимо уникальных экспонатов в витринах, завораживает пышный декор, в первую очередь, потолок, неуловимо напоминающий Сикстинскую капеллу. Не пропустите юную мадемуазель, которая внимательно слушает аудио гид! 

4. Зал Джоконды. И даже не ради самой Моны Лизы, отодвинутой от жаждущей публики на безопасное расстояние, хранящейся за толстенным стеклом. Чтобы встретиться с Ней глазами, тет-а-тет, нужно оказаться здесь ночью. Тогда, возможно, случится чудо общения, если вы Ей, конечно, понравитесь.

В этом зале нельзя пропустить другие работы Леонардо, которые запечатлели ту же едва уловимую улыбку и то же самое выражение глаз. Речь о полотнах “Святая Анна с Марией и младенцем Христом” и “Мадонна в гроте” (или “Мадонна в скалах”). После рассказа Паолы Волковой они словно роняют покрывало и обнажают поразительное сходство. Послушайте ее, и вы поверите: Джоконда и Анна – одно и то же лицо!

5. Зал Энгра. На мой взгляд, он был не живописцем –певцом обнаженной женской натуры! С такой деликатностью и любованием написаны "Большая одалиска", "Купальщица" и прочие его женщины.  

Это мой выбор крошечной части сокровищницы Лувра. Неожиданный или общепринятый, не знаю. Я что-то пропустила?

PS. 220 лет назад в этот день Лувр впервые распахнул двери для посетителей. 

PPS. Памяти Паолы Волковой посвящен пост Утрата

праздники, которые всегда с кем-то

После недавней прогулки пешком мы достаточно отдохнули и готовы к новым открытиям. Тем более, погода располагает; на улице пахнет прелой листвой, свежо, но не холодно. Похоже, погода реабилитируется за устроенный летний потоп. Новичкам блога поясню, что рассказы о путешествиях здесь, так или иначе, связаны с темой чтения.

Этим летом обратила внимание, как бережно хранят память о погибших во второй мировой войне благополучные государства. В небольшом Люксембурге на глаза попались два монумента.

click on a picture for a closer view

Второй находился в здании вокзала, который относится к достопримечательностям города. И не только благодаря часовой башне, но и яркому сводчатому потолку, книжному с обширным выбором на разных языках и потрясшему меня буфету. Вы часто видите такое великолепие в вокзальном буфете?

А в самом городе, помимо слоновьего парада, о котором я уже рассказывала, впечатлили холмистый ландшафт, национальная библиотека и кафедральный собор, где можно почитать о его истории и строительстве Люксембурга.

Не раз замечала в соборах и монастырях, с каким теплом и глубочайшим почтением увековечена память о Папе Павле II. В Мельке, Эстергоме, Валенсии (см. фото) и многих других городах встречались цитаты и мемориальные доски, а в Мадриде и Коимбре – монументы в его честь.

Если вспомнить, он действительно немало сделал для укрепления взаимопонимания между религиями и конфессиями. Впервые с апостольских времен он посетил синагогу, более того, он назвал иудеев “старшими братьями”. Он был первым Папой, который посетил мечеть, лютеранскую церковь и православную страну. И вдумайтесь! Впервые, со времен Генриха VIII, когда повелением короля англиканская церковь отделилась от римско-католической, он совершил совместное богослужение с архиепископом Кентерберийским. В 2011 году Иоанн Павел II был беатифицирован. Возможно, впоследствии его причислят к лику святых, ведь обряд беатификации предшествует канонизации.

Читая о знаменитой школе при Шартрском соборе, натолкнулась на имя святого Томаса Бекета. Не помните? Того самого, поклониться мощам которого отправляются паломники в "Кентерберийских рассказах" Джеффри Чосера. Томас Бекет был другом детства, советником и опорой Генриха II, пока интересы монарха не вступили в противоречие с его убеждениями. Злодейское убийство было совершено прямо на ступенях алтаря Кентерберийского собора, что потрясло весь христианский мир. Томас Бекет был провозглашен мучеником, а вскоре канонизирован как святой Фома. Епископ Иоанн Солсберийский, который служил его секретарем, избежал участи своего патрона, а на мемориальной доске в его честь имя Томаса Бекета вписано крупными буквами.

В сувенирной лавке рядом с секретариатом собора в Шартре продаются яркие книжки, которые помогут малышам постигать библейскую мудрость. Недаром Библия является первой книгой и книгой книг!

Но достаточно на сегодня храмов. Давайте просто погуляем по улицам, поглазеем на витрины. Посмотрите, под каким провокационным лозунгом предлагается новая коллекция:

В ряду многочисленных литературных памятников в Париже чаще всех встречались Мольер и Вольтер.

Впрочем, на фронтоне того здания места хватило многим авторам, и даже богиня рядом с ним жить не может без книг!

Среди других несколько неожиданными показались памятники Симону Боливару, хорошо знакомому по роману Габриэля Гарсиа Маркеса “Генерал в своем лабиринте” и Томасу Джефферсону. Табличка на последнем объяснила его присутствие на набережной Сены: еще до избрания президентом Джефферсон пять лет служил послом США во Франции.

А на мосту рядом с Нотр Дам, где влюбленные всего мира скрепляют себя “навеки”, взгляд привлек вот этот замочек.

Потому что вспомнилась чудная детская книжка “Папа, мама, восемь детей и грузовик”. Все восемь были на “м”: Марен, Мартин, Марта, Мона, Милли, Мина, Мадс и Малышка Мортен!  

Пестрая получилась прогулка.  Впечатления, если они мощные, не блекнут со временем, они лишь загораживаются частоколом будней. И не стоит горевать, если любишь море, а оно далеко. Правильнее, по-моему, возвращаться к этим ощущениям в сердце, заряжаться теплом и, может быть, просветляться душой. Как вы думаете?

PS. И все-таки для меня праздником, который всегда со мной, остается Венеция.

Еще на тему чтения в путешествиях:

MAGIC IS FOUND IN ANY WRITTEN WORD

 Reading & Travelling

 past equator

 Читать всегда, читать везде, до букв последних донца! 

Швейцария: в гармонии с природой

и др.