Занятие первого сентября мы начали
с летних впечатлений. Студенты хорошо знакомые и новички, поглядывающие на
очередного преподавателя, как на unidentified teaching object, рассказали о ярких событиях, которые останутся в памяти. Например, о дне отъезда из лагеря, когда дети прощались с
ними, своими вожатыми, со слезами на глазах. А одна студентка переадресовала
вопрос мне. Ну, что ж, моя очередь. Поделюсь памятными мгновениями своих каникул.
click on the picture for a closer view
У меня есть книга “Сокровища
европейских музеев” (об Уффици, Лувре, Прадо, Лондонской национальной и
Дрезденской галерее), которая перечитывается каждое лето. Надо же знать, что никак
нельзя пропустить в музее, который собираешься посмотреть. На странице-развороте
Gemäldegalerie Dresden автопортрет Рембрандта с Саскией на
коленях и, естественно, "Сикстинская мадонна". Вы же помните эту картину?
Сколько ее репродукций, и сколько других мадонн я видела за свою жизнь, а в этот раз случилось чудо. Как сказала Паола Волкова, мы смотрим в галереях на картины, а картины смотрят на нас. В этот раз встреча состоялась. Сикстинская мадонна впустила меня в свое пространство. Мона Лиза в прошлом году осталась холодной картиной, а Мадонна посмотрела мне прямо в глаза. Она какая-то необыкновенно человечная, живая. Да, простят искусствоведы столь упрощенную оценку! Она знает о судьбе сына, и принимает ее не с покорностью, а с пониманием. Так я вижу.
По накалу эмоций ее одной было бы достаточно. Но дальше были фантастические детские портреты, “Мария с младенцем” Боттичелли, Каналетто, который, оказывается, писал не только венецианские, но и дрезденские пейзажи, и многое другое, достойное отдельного повествования. Желающим погулять по Галерее Старых Мастеров, напоминаю о проекте Google Art. Пусть не совсем вживую, но со всеми подробностями!
Сколько ее репродукций, и сколько других мадонн я видела за свою жизнь, а в этот раз случилось чудо. Как сказала Паола Волкова, мы смотрим в галереях на картины, а картины смотрят на нас. В этот раз встреча состоялась. Сикстинская мадонна впустила меня в свое пространство. Мона Лиза в прошлом году осталась холодной картиной, а Мадонна посмотрела мне прямо в глаза. Она какая-то необыкновенно человечная, живая. Да, простят искусствоведы столь упрощенную оценку! Она знает о судьбе сына, и принимает ее не с покорностью, а с пониманием. Так я вижу.
По накалу эмоций ее одной было бы достаточно. Но дальше были фантастические детские портреты, “Мария с младенцем” Боттичелли, Каналетто, который, оказывается, писал не только венецианские, но и дрезденские пейзажи, и многое другое, достойное отдельного повествования. Желающим погулять по Галерее Старых Мастеров, напоминаю о проекте Google Art. Пусть не совсем вживую, но со всеми подробностями!
Altstadt Дрездена
очень хорош, и рассказывает о прошлом, далеком и близком. На Фрауенкирхе видны
осколки стен (отголосок войны!) – то, что осталось от храма в день страшной
бомбежки в феврале 1945. Все фрагменты были тщательно пронумерованы и сохранены,
чтобы при восстановлении занять свое место. Темного цвета – те самые, собранные в 1945-м кирпичики.
Балкон Европы, как
назвал Гете террасу с видом на Эльбу, засажен деревьями с густой темно-зеленой
кроной – гибрид граба и липы. Неподалеку находится камень Наполеона, на котором
буквой N отмечена его последняя победа. Дабы стать успешным,
нужно постоять на этом камне (и, очевидно, представить себя Наполеоном)). Рядом
знаменитое “Шествие саксонских королей” – крупнейшее фарфоровое панно в мире: 102
метра и 94 персоны: история в лицах.
Но из всех красот Дрездена мне запомнился оперный театр, который украшают скульптуры не музыкантов, а литераторов. Я очень удивилась и спросила у гида, есть ли там Шекспир. Он оказался на фасаде слева. Не совсем похожий на себя, но он там! Справа Мольер, а немецкие мэтры Гете и Шиллер встречают у входа.
Многочисленные и
многообразные отсылки к Шекспиру встречались всюду и очень радовали. На выставке Дали в Праге, где
волею художника осталось мало чего от Шекспира, на мемориальной доске в Роттердаме,
посвященной, видимо, некой актрисе, на афишах нового театрального сезона в
оперном театре Праги. Судя по реквизиту, это будет актуализация
шекспировского “Макбета”, взгляните:
А вот какой магазин
спрятался по правую сторону от Карлова моста! Задержавшись у отеля “Чертовка” с
одноименным магазинчиком, я нашла свое семейство на скамейке в сквере. “Ты же
не пройдешь мимо”, сказали они, указав на вывеску. Там был колоссальный выбор
книг, от которых трудно оторваться, и любопытная экспозиция. Почитайте заголовки
на фото с Джойсом!
Упомянутый Роттердам производит
совершенно иное впечатление по сравнению с шумным Амстердамом, который похож на потревоженный муравейник. В столице, мне показалось, полгорода заняты в туристическом сервисе, а
другая половина фланирует вдоль каналов, либо сидит в кафе.
Роттердам же в будний день оказался городом-тружеником, немноголюдным, более современным и умиротворенным. Университет естественным образом носит имя Эразма Роттердамского, большого друга Томаса Мора, о котором он отзывался как о человеке ангельского ума и редкостной учености.
Роттердам же в будний день оказался городом-тружеником, немноголюдным, более современным и умиротворенным. Университет естественным образом носит имя Эразма Роттердамского, большого друга Томаса Мора, о котором он отзывался как о человеке ангельского ума и редкостной учености.
Город живет под
лозунгом “Urban by Nature”
– так называется архитектурное бьеннале, прошедшее здесь минувшим летом, – гармонично
сочетая природное и рукотворное. Цапли и утки разгуливают на воле рядом с
причудливыми зданиями, гигантским портом, городской скульптурой. В нее надо вглядываться. “Марширующего
человека”, пожалуй, можно узнать без подписи, а вот “Мать и дитя” вряд ли!
Мощное ощущение от
города оставила башня, именуемая мачтой Европы (Euromast),
с которой открывается завораживающая панорама. Отсюда воочию видишь, что Роттердам – один
из крупнейших портов мира.
Пестрые летние воспоминания
раскрашивают дождливую обыденность. Пока же мечтаем о будущем лете и утешаемся надписью в духе
Карлсона, прочитанной в Роттердаме:“Спокойствие, все будет хорошо!” :)
А что останется в вашей памяти из
ушедшего лета?






















































