Русский Гамлет

Недавно в разговоре мой собеседник упомянул, что никогда не слышал “To be or not to be”. - А «Быть или не быть»? - перевела я. - Нет, впервые в жизни слышу. 

Не то чтобы я удивилась. Каждый имеет право на предпочтения, будь то литература, музыка или кухня. И никто не обязан сатанеть от Шекспира, равно как и от Ван Си или Игры престолов. И все-таки Гамлет давно перерос рамки литературного произведения! Давным-давно он стал нарицательным героем, воплощающим мучительные раздумья при столкновении с жестоким миром. Или нет?

Выставка «Русский Гамлет», которая проходит на киностудии Ленфильм, рассказывает о шекспировском герое в постановке Григория Козинцева. Центральное место на ней занимают подлинные костюмы, декорации и архивные материалы Ленфильма и музея МХАТа. А поскольку посвящена экспозиция 100-летию со дня рождения Иннокентия Смоктуновского, она интересна не только фанатам Шекспира.  

На входе стоит длинный средневековый стол, по обе стороны которого сидят восковые фигуры Смоктуновского и его же в роли Гамлета. Жутковато, особенно с креслами рядом, видимо, для селфи. Гораздо интереснее мне показалось то, что на столе. Биография актера предстает как пьеса в нескольких действиях, где сцены коротко отсылают к событиям его творчества. 

Отдельное пространство освещает его участие в Великой Отечественной войне. Два с половиной года на фронте, медаль За отвагу, месяц плена, побег - сухие факты, за которыми боль, страдания, встречи с бескорыстными людьми. И, наверное, опыт, который найдет отражение в жизни после. 

В ‘гримерке’ царит совсем иная атмосфера. Она создается фото из личного архива, афишами фильмов и спектаклей, черновиками и уникальным, неповторимым голосом мастера. 

А самым лакомым пространством для меня оказалась ‘студия’ режиссера, где помимо рассказа о работе над фильмом, представлена библиотечка. Я зависла с книгами Козинцева, по сути, - дневниками, в которые он заносил мысли при чтении шекспировских пьес. Безумно интересно! Если ты хорошо знаком с текстом, I mean those crazy about Shakespeare, ты буквально вовлекаешься в процесс сотворчества. Смыслы трагедий режиссер сопровождает ремарками как процесс с’емок:

Для последних сцен леди Макбет см. «Безумие» Тютчева.

Или

Макбет и леди начинают молодыми, заканчивают пьесу стариками… Она пушистый котенок, потом седая химера. 

Если вы не помните эту экранизацию Козинцева, советую посмотреть. Гамлет Смоктуновского принят даже англичанами!  

P.S. А сакраментальное «Быть или не быть» на ступенях, видимо, служит напоминанием, какую выставку вы пришли посмотреть.