на все времена

Накануне Дня Победы “Аргументы и факты” опубликовали десятку книг о войне, “которые следует прочесть каждому”. Список достойный: “Живые и мёртвые” Константина Симонова, “Горячий снег” Юрия Бондарева, “Судьба человека” Михаила Шолохова, “Дожить до рассвета” Василя Быкова... Но какой аудитории он адресован? Старшее поколение знает эти книги и вряд ли нуждается в напоминаниях. А вот станет ли их читать поколение Apple? И даже представив почти невозможное, что они по собственному желанию откроют эти книги, сумеют ли они их одолеть? Достучатся ли истории о войне до их сердец?

Говорить и читать о войне, по-моему, надо начинать в детстве. Одной из моих первых книжек на эту тему была “Девочка из города” Любови Федоровны Воронковой. О том, как девочку-беженку из Ленинграда оставила в своей семье чужая женщина из деревни Нечаево. Как осиротевшая Валентинка привыкает жить в новой семье, ладить с озорной Таиской и обстоятельной пухлой, белой, похожей на булку Грушей, мыться в печке, ухаживать за ягнятами, и как постепенно отогревается ее сердечко, пережившее столько горя. 

Простая история тронула душу, потому что все в ней было понятно. Без описаний ужасов войны, рассказывая о человеческой доброте и сострадании, она отпечаталась в памяти и, наверное, помогла осознать трагедию войны.

Таким же простым языком написана повесть Елены Верейской со столь же неприметным названием – “Три девочки”. Семья двенадцатилетней ленинградки Наташи переезжает в коммунальную квартиру и знакомится с ее многочисленными обитателями, двое из которых, Катя и Люся, оказываются ее ровесницами. Книжка захватывает с первых страниц каким-то уютным бытописанием. Девочки придумывают обустроить в коридоре “классную” комнату, как в “Детстве и отрочестве”, и на день рождения Наташи видят там празднично накрытый стол, ходики, репродукции любимых Наташиных картин и три именные полочки.

Поднялся оглушительный шум, – Наташа бросалась то к отцу, то к матери; Люся визжала, папа и мама смеялись, а Катя все так же стояла в дверях, держась за притолоку и не спуская глаз с полочки «Катина».

Леонтий Федорович подошел к ней. Катя подняла на него глаза.

– Почему мне? – спросила она тихо.

– Ах, да! – спохватилась вдруг и Люся. – Почему и мне? Ведь рожденье-то Наташино!

Наташа быстро взглянула на отца, на мать.

– Знаю почему! – воскликнула она. – Это чтобы мне еще веселее было. Оттого, что я не одна радуюсь! Да, мама?

– До чего же ты догадливая, Наташка! – засмеялась Софья Михайловна. – Ну, а теперь живо за стол.

Эти девочки учатся общению и дружбе, совершая ошибки. Однажды они заходят в комнаты нелюдимого старого доктора, где царит запустенье, и все покрыто толстым слоем пыли. Кроме туалетного столика с женскими вещицами в строгом порядке и без единой пылинки. Они видят портрет молодой женщины с печальными глазами и решают сделать доктору что-нибудь очень-очень хорошее: прибрать и починить его пиджак. Но доктор их сюрприза не оценил; побледневший, разгневанный, он холодно попросил их, чтобы это было в последний раз. Вечером мудрая Наташина мама поговорила с ним и отчитала за то, что тот отравил светлую детскую радость. После этого случая одинокий несчастный старик постепенно возвращается к людям. Когда в доме появляется маленький Тотик – Наташин братишка, его сердце совсем оттаивает.

Действие начинается в 1940, о чем мы узнаем позже. Страницы о том, как они жили в блокаду, невозможно читать без слез. Во время эвакуации дети были больны корью, а когда поправились, Ленинград был уже окружен врагами. Они все вместе живут в двух комнатах доктора, потому что между ними дверь и их можно отопить одной “буржуйкой”. Книги доктор все продал еще осенью, чтобы были деньги на продукты, но их хватило ненадолго.

Наташа рассказывает об этом отцу в письме на фронт.

Папа! Помнишь, в прошлом году ты говорил мне, что я – счастливая, что дожила до двенадцати лет и ни разу не видела ни одной смерти. Ой, папа, сколько я ее вижу теперь! Я не могу забыть одного ребеночка, который погиб на пожаре. И на улице часто видишь, как человек падает и умирает.

Да, папа, трудно нам, очень-очень трудно. Очень голодно, – ведь подвоза продуктов нет. Нет света, нет воды. Получаем 125 граммов хлеба в сутки на человека. Тотик в садик не ходит, очень ослабел. Мы приносим ему из садика его паёк – немножко супу и каши без масла. Но это так мало!

Однажды Наташина мама увидела, как старый доктор делил хлеб, раскладывая ровные кусочки на подписанные салфеточки. От последнего он отделил себе крошечную полоску, и положил остальное на салфетку, где было написано “Тотик”.

Такие книги, рассказывающие о великом горе и великом милосердии, отпечатываются в памяти и маленького и большого читателя. Они читаются взахлеб и без лозунгов и декламации доносят главную на все времена истину: война – это зло! Люди, выстоявшие и победившие в этой войне, достойны вечной памяти.

В эти дни по всей стране проходят парады, флешмобы, концерты, акции памяти, посвященные Дню Победы. На нашем факультете такую акцию организовала Татьяна Владимировна Лесина. Студенты и преподаватели рассказали о своих отцах, дедушках и прадедушках, которые участвовали в Великой Отечественной войне. На фото выжившие и погибшие. Иван Савельевич Ольшанский, дядя Тамары Васильевны Акимовой, воевал на Ржевском направлении, был тяжело ранен и умер от ран. Ему было 20 лет!

Будет время, откройте те книги. А еще “Четвертую высоту”, “Васек Трубачев и его товарищи”, “Сын полка” – почитайте сами и с близкими. А потом возвращайтесь поделиться впечатлениями. Всех с Великим праздником!