Я пыталась объяснить любовь

Чтобы рассказать о прочитанном за лето, надо вспомнить и рассортировать все. Поэтому начну с книги, которую недавно закончила – мемуары Дайэн Китон “Then Again”. 

Вспомнили эту актрису? “Крестный отец”, “Любовь по правилам и без”, “Отец невесты” составляют лишь часть ее послужного списка. Однако темой мемуаров становится не только творчество. Автор начинает с предыстории, которая с первой строки вводит основную героиню: Mom loved adages, quotes, slogans. Смыслопорождающим центром повествования является мать, чей голос звучит в диалоге с голосом автора – ее дочери.

Мать – Дороти Холл, в девичестве Китон, была главным человеком всей жизни Дайан, которую можно назвать маминой дочкой в самом добром смысле этого выражения. Мать любила слова, писала дневники и никогда не выбрасывала адресованные ей письма и открытки. Она увлекалась коллажем, который и становится техникой написания. Автор соединяет фрагменты дневников, альбомы вырезок, словесные зарисовки, дополняя их собственными комментариями. Все вместе складывается в историю ее семьи и карьеры.          

В этой связи стоит упомянуть структуру и оформление книги. Структура на первый взгляд выглядит привычной: посвящение, три крупные части со сквозной нумерацией глав, названных Дороти, Джек (отец Дайан), Манхэттен (начало профессии) и т.д. Важную роль здесь играет выделение курсивом, который помогает отделить голос автора от вставных документов. Что касается иллюстраций, они включают три цветные и черно-белые вставки, помимо представленных выше фото на обложке. На них детские снимки Дайан, коллажи матери, фото ее сестер, брата и ее мужчин.

О Вуди Аллене, Уоррене Битти и Аль Пачино она пишет лаконично, парой строк задавая контур взаимоотношений, с очень меткими характеристиками. Сможете узнать, о ком идет речь в этом описании?

Although his body was fit and well proportioned, he treated it like it was a strange assortment of disembodied appendages. His feet never touched the ground.

Конечно, это Вуди Аллен. Его письма к Дайан выплескивают ищущую натуру творца и искренне доброе отношение ко всей ее семье. Обращения – Worm, Ducky, Lamp-head, Simpleton – возможно, лишены романтики, но отражают сущность взаимоотношений, которую Дайан определила словом hilarious – веселый, уморительный.

Здесь следует затронуть степень откровенности. Поначалу кажется, автор чрезвычайно открыто говорит о неуверенности в себе, о страхах, о скрытой булимии, об одиночестве и неудачах в личной жизни. При этом она четко очерчивает границы. Рассказы о мужчинах в ее жизни полны благодарности и добрых воспоминаний. Любители бульварной прессы будут разочарованы, потому что Китон не тот человек, кто станет демонстрировать грязное белье перед жаждущей публикой.

Наиболее пронзительно звучат страницы о начале жизни и ее угасании, которые для Китон совпали во времени: у матери диагностировали болезнь Альцгеймера, когда Дайан принимает решение удочерить малышку, а спустя несколько лет еще одного ребенка. Оказавшись, по ее выражению, in between the joy of the kids and the heartbreak of Mom’s decline. Уход матери становится для нее невосполнимой утратой, оставшейся в сердце болью. В то же время об обретенном материнстве она пишет с огромной радостью и изумлением.

По моим ощущениям, книга читается неровно. Местами взахлеб, иногда щемяще, до боли в сердце, а порой с желанием отредактировать, сократить число словесных вставок в виде записок, дневников и т.п. Но это мелочь. Это книга мудрой женщины, которая умеет стареть с достоинством, которая знает любовь, потери и открытия, которая состоялась в творчестве, и пытается рассказать это нам. In my own misbegotten way I tried to explain love.

Рекомендовать мужчинам не стану, за исключением любителей психологии, а вот слабый пол сумеет ее оценить.

А что из прочитанного посоветуете вы?