В калейдоскопе будней

Куда я пропала? Заблудилась в череде студенческих будней. Если первый семестр у нас электричка, то второй уже синкансэн – несется, не давая опомниться! И речь не только о занятиях. Помимо плановых мероприятий, возникает вдруг непредусмотренное, как приглашение из школы провести что-нибудь связанное с чтением. Или желание как-то отметить день рождения Шекспира, которое вылилось в выставку «Шекспировская мудрость». Любимые цитаты из пьес представили студенты факультета иностранных языков, а также факультета педагогики и психологии – огромная благодарность всем!

 

Поразительно, как в щедрой россыпи Shakespeare’s Pearls каждый находит созвучное лично ему.

Счастливей роза, ставшая духами, чем та, что на нетронутом кусте, живет и гибнет в святости пустынной.

Чуть жизни ты подашь пример кровавый, она тебе такой же даст урок.

Какой тоской душа ни сражена, быть стойким заставляют времена.

Сон – это чудо матери-природы, вкуснейшее из блюд в земном пиру.

Два года назад мы устаривали подобную выставку. Тогда на мой зов запомнившиеся цитаты из пьес и сонетов Шекспира прислали и выпускнини прошлых лет, и пятикурсники, которые в эту пору корпят над дипломами. И, знаете, что удивляет? Цитаты крайне редко повторяются! В прошлый раз из порядка 60 на русском и английском дублировались токлько две. Мудрость Кента из "Короля Лира": Совсем не знак бездушья - молчаливость. Гремит лишь то, что пусто изнутри, и  рассуждения Елены из комедии "Сон в летнюю ночь"  - Любовь глядит не взором, а душой. 

А когда мы читаем и обсуждаем Шекспира на семинарах, очень нравится видеть, как идет осмысление, как меняются, просветляются лица. Всегда на Ура принимаются драматизации, какой бы фрагмент ни выбрали!

Они чрезвычайно загружены, наши студенты, и я понимаю, что англоязычная литература – один среди многих предметов в предельно плотном расписании. И, что помимо занятий, надо готовиться к конференциям, конкурсам, etc., etc.

Битва хоров

занятиe ток-шоу

занятиe ток-шоу

семинар по Алисе в форме безумного чаепития

семинар по Алисе в форме безумного чаепития

Но пройти рядом с литературой, не погружаясь в нее, мне представляется безумной тратой времени. Отрицанием возможности стать интереснее, мудрее, лучше! Конечно, не все влюбятся в Шекспира или Оскара Уайльда, не все станут беспробудными читателями. И все-таки я надеюсь, что какое-то зернышко прорастет. Что-то в душе останется, я точно знаю. Есть бывшие студенты, с которыми мы общаемся через годы и расстояния и делимся прочитанным. Иногда я слышу от них то, что придает смысл бесконечным будням. 

У меня навсегда в жизни пример мудрости жизненной - моя бабушка. Неграмотная, а сколько сумела передать наперед всему семейству, что у меня полное ощущение, что мы на ней держимся. И другие примеры: мама, которая читала, смотрела и посещала все, что могла. И нас таскала или потом пересказывала. Вы! Создали нам вселенную, где мы впитывали книги, стилистику, вкус, требовательность и уверенность в своей непоВторимости. Я не думаю, что надо стремиться быть как кто-то. Лучше любить и ценить людей в жизни, найти себя, узнать, полюбить, и, любя, совершенствовать на благо мира. Надо же было создать нас таких несовершенных и разных. Ну, так мне сейчас кажется.

А вы как думаете?

P.S. Упомянутое мероприятие в школе стало литературной гостиной, посвященной творчеству Байрона, и проводилось в библиотеке. 

Когда мы на перемене уходили, увидели очередь пятиклашек, которые выстроились менять книжки. А что может быть отраднее, чем ребенок с книгой?

Дочитала роман Лианы Мориарти

“Truly Madly Guilty” и погуглила название в русском переводе. Спешу предупредить: ни в коем случае не открывайте аннотацию, если соберетесь читать на русском! Ее писал спойлер, тот, кто не знает удовольствия от предвкушения и догадок! Изложена вся интрига – просто вредительство какое-то! А книга – не оторваться!

История начинается с барбекю, где шестеро взрослых и трое детей прекрасно проводят время. Четверо из них хорошо знают друг друга – подруги с детства и их мужья, которые приглашены радушными соседями одной из пар Видом и Тиффани. Роскошный дом и угощение, непринужденная беседа, легкий флирт, милые воспитанные дети. И вдруг происходит то, что круто разворачивает жизнь каждого, и в каждом, включая старшую девочку, поселяет мучительное чувство вины.

Мориарти  использует любопытную структуру, чередуя главы, в которых во всех подробностях описывается день барбекью, и события несколько недель спустя. Она до предела сжимает пружину интриги, и момент наивысшего напряжения читаешь, буквально затаив дыхание. Потом, когда, казалось бы, наступает развязка, автор задает еще одну кульминацию, которая радикально меняет облик одного из героев. 

Книга увлекает еще и потому, что история, начавшаяся в обычный уик-энд, неожиданно подключает острые серьезные темы. Взросление в семье с манипулятивной матерью; дружба, которая начинается не по твоей воле; ответственность за ребенка; способность к состраданию; одиночество в старости.

Так, в доме рядом с тем, где происходят события, живет ворчливый старик. Хэрри раздражает громкая музыка, собачка, забегающая к нему во двор, и даже милая дочь Вида и Тиффани, которая больше всего на свете любит читать. Кроме этого и того, что он живет один, соседи ничего о нем не знают. Помните, у Маркеса: Благополучная старость – это умение договориться со своим одиночеством? Хэрри не смог с ним договориться. Там есть потрясающая фраза! Now Harry was marooned in this house like he was marooned in his body. В рассказе о немощности преклонного возраста автор использует глагол to be marooned, которым обычно обозначают высадку на необитаемом острове. Как ему живется в большом доме с лестницей, почему он отказывается от общения, что скрыто за этим нелицеприятным фасадом, мы узнаем в финале.

Местом действия австралийский автор выбрала Сидней. Одна из героинь – музыкант-виолончелист, мечта которой играть в Сиднейском симфоническом оркестре оперного театра. Том самом, с крышей в форме парусов и гримерками с видом на гавань. Очень интересно читать о жизни в неведомом городе и узнавать в проблемах и радостях то, что роднит всех людей на этой планете. Любовь, стремление к пониманию и принятию тебя таким, какой ты есть, искренние открытые отношения и многое другое.

Почитайте Мориарти! В моем списке прочитанного еще один ее роман, а другой ждет своей очереди. Буду рада услышать о ваших книжных впечатлениях!  

Девять совсем незнакомых людей
The Husband’s Secret, или Тайна моего мужа

Летнее чтение, или Разноликие МориартиИ вновь Мориарти: Яблоки не падают никогда 

Спектакль жизни

Захотелось поделиться.

1. Приходит время, когда начинаешь искать себе в партнеры человека, с которым будешь слушать дождь.

2. Нежность. Это как будто вас погладила бабочка или присела к вам на плечо.

3. Одиночество тоже компания.

4. Когда ты любишь, ты перестаешь быть просто человеком, а становишься ароматом. Ты не ходишь по земле, а паришь над ней. Вот это состояние влюбленности и есть главное в жизни. И неважно, во что ты влюблен - в женщину, в работу, в мир или в жизнь.

5. Я считаю божественным, когда идет снег... И когда идет дождь, и когда листьями шелестят деревья - это все божественные явления в жизни человека. И если жаль умирать, то именно из-за этих божественных проявлений. Это спектакль жизни, сама жизнь есть божественное провидение...

Тонино Гуэрра

И опрокинутые облака в зеркале воды,

И росчерк веток в сумерках,

И магия заката,

И проявляющиеся запахи в дождь,

И народившийся месяц,

И сотни моментов бытия, каждый из которых уникален…

Помните, у Ремарка в «Трех товарищах»? Все-таки странно, почему принято ставить памятники всевозможным людям? Почему бы не поставить памятник луне или дереву в цвету?

Пусть спектакль жизни наполнится добрыми персонажами. Работаем, читаем, вдохновляемся весной!

Я всегда считал, что рай похож на библиотеку

сказал Борхес, и в детстве я думала точно так же. После того, как научилась читать, ждала возвращения мамы и папы из библиотеки, как Нового года. Они приносили мне отдельную (!) книгу, которая мгновенно переносила в неведомый мир. То в путешествие на воздушном шаре с Незнайкой и другими коротышками, то на дежурство на мосту с бравым дядей Степой, то в веселые и грустные истории Андрейки с его пятью собаками, то в заснеженный лес в поисках подснежников, которых вздорной принцессе захотелось в лютый мороз.

Когда я пошла в первый класс, в библиотеку записалась едва ли не первого сентября. Школьный библиотекарь Ольга Федоровна быстро разглядела горящие глазенки страстного читателя и позволила брать по несколько книг, а вскоре и выбирать самой. Помню, как заколотилось сердце, когда она провела меня между стеллажами и показала полки, где можно было искать. Тогда я узнала, что отвечать на вопрос «Кем ты хочешь стать?». Библиотекарем!

Позже, после фильма «У озера», где Лена Бармина-Наталья Белохвостикова дарит городу библиотеку отца и начинает в ней работать, желание стать библиотекарем превратилось в мечту. Чтобы советовать с выбором книги в зависимости от предпочтений и желаний, аккуратно заполнять формуляры, а в отсутствие посетителей читать! А иногда устраивать обсуждения и поэтические вечера. Помните, как она потрясающе читала «Скифов» Блока? Голос и интонации буквально отпечатались в памяти.

Когда пришла пора выбирать, где учиться, родители воспротивились моему отъезду в Хабаровск, где был ближайший факультет, и я поступила в педагогический на инфак. Но любовь к библиотекам осталась! И заниматься в читальном зале, в своем уголке, очерченном светом настольной лампы, в общем интеллектуальном пространстве всегда было намного проще. Проще сосредоточиться! Будь то просторный читальный зал нашего университета,

в московской библиотеке иностранных языков, в Ленинке, в диссертационном зале в Химках – везде работалось с наслаждением!

Теперь на лекциях по литературе Англии рассказываю, что библиотека Чосера насчитывала 60 книг – колоссальное состояние по тем временам! Книги стоили безумных денег, цена одной книги могла приравниваться постройке библиотеки, представляете?

Сложно сказать, как сложилась бы жизнь, если бы не послушалась тогда маму с папой. Инновации в библиотеках, продиктованные стремлением привлечь читателей любыми способами, типа Библионочь воспринимаю прохладно, а к библиотекарям отношусь с глубоким уважением. И мы делаем общее дело – обращаем не читателей в привилегированное сообщество любителей книг. Как вы думаете? 

Любовь земли и прелесть года, весна благоухает нам!

 

С чем у вас ассоциируется весна? Чувствуете пробуждение, обновление, свежий ветер, беспричинную радость? Особенно после лютой многоснежной зимы! Хочется распахнуть окна и вдохнуть бодрящий воздух, хочется слышать слова любви! 

Сегодня их произнесут не литературные герои, а реальные люди, те, кто знал упоение в любви и умел потрясающе говорить о своих чувствах. Вслушайтесь!

Из письма лорда Байрона графине Гвиччиоли: 

Дорогая Тереза! Эту книгу читал я в твоем саду. Любовь моя, тебя не было рядом, иначе я не мог бы читать ее. Это твоя любимая книга, а автор принадлежит к числу моих лучших друзей. Ты не поймешь этих английских слов, и другие не поймут... вот почему я не нацарапал их по-итальянски. Но ты узнаешь почерк того, кто любит тебя страстно, и поймешь, что при виде книги, принадлежащей тебе, он мог думать только о любви.

В этом слове, одинаково прекрасно звучащем на всех языках, всего же лучше на твоем ‒ amor mio ‒ заключено все мое существование, настоящее и будущее. Я чувствую, что существую; и чувствую, что буду существовать ‒ для какой цели, это решать тебе. Моя судьба принадлежит тебе, ты женщина семнадцати лет и всего два года как покинула монастырь... Думай иногда обо мне, когда Альпы и океан будут лежать между нами, ‒ они не разлучат нас, пока ты этого не захочешь.

Из письма Джона Китса Фанни Браун: 

Должен признаться (раз уж заговорил об этом), что я люблю тебя ещё больше потому, что знаю: ты полюбила меня именно таким, какой я есть, а не по какой-либо иной причине. Я встречал женщин, которые были бы счастливы обручиться с Сонетом или выйти замуж за Роман.

Из письма Чехова Ольге Книппер: 

Я привез тебе из-за границы духов, очень хороших. Приезжай за ними на Страстной. Непременно приезжай, милая, добрая, славная; если же не приедешь, то обидишь глубоко, отравишь существование. Я уже начал ждать тебя, считаю дни и часы. Это ничего, что ты влюблена в другого и уже изменила мне, я прошу тебя, только приезжай, пожалуйста. Слышишь? Я ведь тебя люблю, знай это, жить без тебя мне уже трудно.

Из письма Пушкина Наталье Гончаровой: 

Опять берусь за перо, чтобы сказать вам, что я у ног ваших, что я все вас люблю, что иногда ненавижу вас, что третьего дня говорил о вас ужасы, что я целую ваши прелестные ручки, что снова перецеловываю их в ожидании еще лучшего, что больше сил моих нет, что вы божественны и прочие.

Из письма Ремарка Марлен Дитрих:

Любимая ‒ я не знаю, что из этого выйдет, и я нисколько не хочу знать этого. Не могу себе представить, что когда-нибудь я полюблю другого человека. Я имею в виду ‒ не так, как тебя, я имею в виду ‒ пусть даже маленькой любовью. Я исчерпал себя. И не только любовь, но и все то, что живет и дрожит за моими глазами. Мои руки ‒ это твои руки, мой лоб ‒ это твой лоб, и все мои мысли пропитаны тобой, как белые холстины коптов пропитаны тысячелетним невыгорающим пурпуром и королевским цветом золотого шафрана.

В этих письмах не только всепоглощающее чувство. В них уязвимость, порывистость, растворенность в другом, принятие тебя таким, какой ты есть – все, что сопровождает настоящую любовь.

С весной, друзья! Да воцарится Любовь в нашей жизни! И пусть весна принесет добрые вести!

Напоим благоуханием планету

Ищите, что почитать?

Из обширного списка прочитанного выбрала две довольно разные книги: сборник рассказов Роальда Даля “Someone like you” («Кто-то вроде вас») и книгу прозы Марии Метлицкой «Три женщины в городском пейзаже».

Роальд Даль, известный по роману «Чарли и шоколадная фабрика», оказался блестящим новеллистом. Он напомнил мне Моэма, сторонника фабульного рассказа. Та же стройная композиция, крепкий сюжет и точные описания. Моэм, мастер малой прозы, говорил: You can tell it over the dinner table…and it will hold the attention of the listeners / Можно рассказать эту историю за обедом, и гости не соскучатся.

Начало рассказа “Lamb to the slaughter” («Агнец на заклание») звучит по-домашнему уютно. Приглушенный свет, чистая теплая комната, два бокала и напитки, Мэри Мэлони за шитьем. Все готово к приходу с работы мужа. Выверенное описание женщины, ожидающей ребенка (slow smiling air, tranquil, soft mouth, wonderful translucent quality, placid look) создает атмосферу спокойствия и безмятежности. Когда он входит, Мэри привычно готовит аперитив и дает ему передохнуть, зная, как нужна ему эта пауза. She loved to luxuriate in the presence of this man, and to feel – almost as a sunbather feels the sun – that warm male glow that came out of him to her when they were alone. Она предлагает принести сыр и крекеры, прежде чем они отправятся на ужин, а потом муж сообщает ей, что он уходит к другой. Тональность меняется радикально. Что происходит потом, я умолчу, чтобы не лишать вас удовольствия. 

Выбранный рассказ превосходно иллюстрирует то, что отмечали критики в творчестве Даля: гротескное воображение, способность разглядеть анекдотическую ситуацию, оборачивающуюся самым неожиданным образом, жестокое чувство юмора. Я читала эту книгу на английском и думала, что ее можно без проблем перевести на любой язык: четкий сюжет, узнаваемые характеры, а главное, отсутствие словесных экзерсисов. Увлекательнейшее чтение перед сном!

Что касается книги Метлицкой, выбрала ее по совету продавца и по обложке. Взгляните.

В написанном словно от руки названии на фоне кухни видится рассказ о жизни одной из нас. Жизни понятной, полной забот, о мечтах и чаяниях героинь нашего времени, даже если они не из героического племени. Тем не менее, две женские истории книги (заглавная и «В следующем году – обязательно») разбавлены мужской («Плохой хороший день»).

Повесть «Три женщины в городском пейзаже» начинается воскресным утром. Взрослая дочь собирается навестить мать, отвезти ей еду – та на пенсии, и никогда не любила готовить. Автор детально описывает погоду, обстановку Лидиной кухни, что она упаковывает в контейнеры для матери, ее характер, а читатель ждет начала истории. Как выясняется, напрасно! Изложение событий, при чем даже не пересказ – отчет о произошедшем продолжается до конца, перемежаясь воспоминаниями о прошлом. Дочитал и думаешь: Ну и что? И это всё?

Тот же отчет с включением ретроспекции присутствует в других. Добавьте предельно упрощенный язык, обилие штампов типа Пора, мой друг, пора; время лечит; каждый кузнец своего счастья, чтобы понять, почему читатель остается безучастным, не испытывает никаких эмоций.

Дело отнюдь не в событийности. Ситуация может быть сколь угодно знакомой и даже банальной, важно, КАК ее рассказать. Если у Даля очевиден точно рассчитанный, экономный стиль, то у Метлицкой какой-либо стиль вообще отсутствует. Одним словом, первое знакомство с Метлицкой обнаружило, что мы с ней совершенно неконгруэнтны. Тем не менее, рекомендую ее на случай, если вам нужно отключиться от собственных проблем. Удовольствие не гарантирую, но временное отсутствие в тяжком сейчас обеспечено.

А что посоветуете почитать вы?