Популярные сообщения

суббота, 10 октября 2015 г.

Nobel Literature Laureate 2015

Некогда Стивенсон, словно заглянув на книжные прилавки XXI века, заявил, что цель искусства – доставлять развлечение, а задача литературы – дать пищу воображению читателей. Само утверждение уже дает пищу воображению. Я начинаю мысленно спорить с нежно любимым автором. Доставлять развлечение? А как же обращение к душе, воспитание чувств? Не ограничивает ли подобная формулировка смысл литературного творчества?

Светлана Алексиевич, объявленная накануне лауреатом Нобелевской премии по литературе 2015 года, никоим образом не входит в названные рамки. Она пишет о войне, причем так, как не пишет никто. Дело не в том, что это невыносимо страшно, а в том, что у нее все правда. Не художественный вымысел, не придуманная история, рассказанная литературным языком, а документальная проза. Созданная к тому же, уникальным методом. В ее книгах о войне говорят ее участники; о Великой отечественной в “У войны не женское лицо”, об Афганской в “Цинковых мальчиках”. Из этих рассказов понимаешь, что люди, прошедшие войну, выжили, но так и не смогли до конца ее пережить. Они по-прежнему носят терзающие душу воспоминания, как неоперабельные осколки после ранения.


Война является для Алексиевич темой, а проблема, несмолкаемая в многоголосом хоре ее повествования, относится к кардинальным вневременным проблемам, которые поднимали античные классики, Шекспир, Сервантес, Гете, Толстой… Это проблема человеческой природы.

Из предисловия автора к книге “Цинковые мальчики”:
Живя среди смерти (и разговоров, и воспоминаний), невольно гипнотизируешься пределом: где он, что за ним. И что такое человек, сколько человека в человеке – вопросы, на которые я ищу ответы в своих книгах. И, как ответил один из героев “Цинковых мальчиков”: “Человека в человеке немного, вот что я понял на войне, в афганских скалах”. А другой, уже старый человек, в сорок пятом расписавшийся на поверженном рейхстаге, мне написал: “На войне человек ниже человека; и тот, кто убивает справедливо, и тот, кто убивает несправедливо. Все это одинаково похоже на обыкновенное убийство. Я с ним согласна, для меня уже невозможно написать о том, как одни люди героически убивают других… Люди убивают людей…   


Жанр, в котором пишет Алексиевич, на английском называется non-fiction. Его не очень жалуют нобелевские академики: до С.А. премия автору документальной прозы присуждалась более 50 лет назад. Комментарии масс медиа на выбор Нобелевского комитета в 2015, как всегда, противоречивы. По мнению The Independent, этот выбор пересматривает статус документальной прозы в литературном каноне.

Так или иначе, бесспорно, на мой взгляд, одно: в сегодняшней ситуации присуждение премии Светлане Алексиевич более чем своевременно. Формулировка комитета звучит следующим образом: "за полифоническую прозу, которая является памятником страданию и героизму в наше время". Ее книги откроют хотя бы из любопытства, а равнодушным они не оставят никого. Если не читали, откройте! 

More on the subject:

Литературный Нобель 2016: недоумение

Nobel Literature Laureate 2013: personal viewpoint


Комментариев нет:

Отправить комментарий